— Мальчики, вы точно хотите туда спуститься? — поежилась Анга, заглянув в черную дыру в полу.
— Да, — ответил Вель. — Анга, ты иди наверх и хорошо выспись. Хохолок! Ты тоже пришел пожелать удачи?
Невесть откуда взявшийся дракончик пискнул и уселся на плечо Веля, подставляя голову под ладонь волшебника.
— Так, Хохолок, мы тебя с собой не берем. Анга остается за главную, не забывай об этом. Позаботься о ней, пока мы не вернемся. Где же мой свиток ночного зрения? Ага, вот он.
Вель развернул свиток, раздались волшебные слова, записанные в нем и… совершенно ничего не произошло.
— Все нормально, — сказал Вель. — Теперь я в подземелье должен видеть, как днем. Ллок, у меня, к сожалению, только один такой свиток, его еще дядя создал, а само заклинание я пока не умею призывать.
— Ничего, — ответил я, — мне это совершенно ни к чему.
Мы посмотрели на темный провал.
— Ну что, пошли? — спросил Вель и первый ступил на лестницу, ведущую в подземелье».
Глава одиннадцатая,
из которой доносятся страшные звуки подземелья, а потом слышны удары грома и шум дождя
«Звук шагов по металлической лестнице гулко отражался от стен темного колодца и затихал в глубине. Сильно тянуло сквозняком. Светлый квадрат выхода над нами все удалялся, и, наконец, мы достигли дна подземелья.
— Анга, закрывай! — закричал, задрав голову Вель.
И эхо прокатилось по подземелью: «Ай, ай…ай».
— Больше не кричи, пожалуйста, а то как-то жутко становится, — сказал я. — А как она закроет, мы вдвоем дверь с трудом открыли?
Мы услышали, как Анга, вооружившись чем-то металлическим (неприятно проскрежетало по полу) и, используя как рычаг, подтолкнула дверь. Закрылась дверь неожиданно легче, чем открывалась, но с оглушительным грохотом. Исчез последний источник света. В наступившей тишине было слышно потрескивание и какое-то цоканье по камню: цок-цок, цок-цок.
— Дверь надо было закрыть, чтобы из подземелья ничего не вырвалось наружу. Странно, а почему не работает мое ночное зрение? — удивился Вель, — Ой, Ллок, у тебя глаза светятся!
— Я же в темноте хорошо вижу. Глаза сами переключаются.
— Так ты что, как сова можешь ночью все видеть? Здорово. Лично у меня сейчас только темнота перед глазами. А что это колет мою ногу?
— Вель, ты только не пугайся. Кыш, кыш, пошли прочь!
Я видел в темноте довольно неплохо, но цвета совершенно не различал. Этого было совершенно достаточно, чтобы заметить несколько больших пауков, которые бросились наутек. Это их лапки издавали по плитам пола такие цокающие звуки. Каждый из пауков был величиной с мой кулак, с длинными ногами и весьма неприятен на вид. Тот паук, который перед этим щупал ногу Веля, а он отличался от других тем, что одна лапа была оторвана, остановился, погрозил сложенными в кулак коготками и сообщил, что нас еще поймает, и самый вкусный кусок ему достанется.