А часовой уже по тропинке спускается с кручи.
И тут меня взяла злость. Нет, не возьмешь! Начал я грести с такой силой, что глаза на лоб полезли. Все ближе спасительный левый берег. Еще одно усилие — и нос лодки уходит в камыши… Вот и сейчас у меня такое же чувство, будто я снова на стрежне Днестра, на самой стремнине… — Помолчав, добавил: — Человек может очутиться в беде, но, если он не растеряется, она его не осилит. За лесным оврагом в степи гитлеровцы ждут добычи. Но живыми в плен они нас не возьмут!
Он взглянул на часы. Ровно десять. И вдруг заметил, как насторожились наблюдатели.
«Противник?!» — Михаил Петрович глянул в бинокль. В степи из-за бугров с востока и северо-востока появилось десять немецких танков. У тригонометрической вышки, в каких-нибудь двух километрах от оврага, они развернулись. К ним подошли двенадцать грузовиков с пехотой и еще шесть танков. Фашистские автоматчики и танки окружили овраг.
Противник не наступал. Он пока молча демонстрировал свою силу.
Но вот над танками взметнулись синеватые дымки, зарокотали моторы. Шестнадцать пушек выдохнули пламя. Немецкие минометные батареи открыли по оврагу шквальный огонь. В кустах застонали первые раненые. Распластались на траве убитые. Немцы усилили обстрел. Отряд нес потери.
В бой с немецкими танками вступили наши бронемашины. К ним на помощь пришли выдвинутые на прямую наводку четыре орудия, но минут через тридцать все бронемашины запылали. Немецким танкистам удалось подавить огонь трех орудий, и только четвертое, кочуя по кустам, продолжало вести отчаянную борьбу.
Пять немецких танков выдвинулись вперед и, стреляя с ходу, атаковали дерзкое орудие.
Уничтожив все наши пушки и бронемашины, танки отползли от оврага метров на восемьсот и остановились.
— Товарищ командующий, у немецких танкистов, вероятно, кончились боеприпасы и горючее. Давайте воспользуемся случаем и решительной контратакой пробьем брешь, — предложил Рыков.
— Будем уходить из оврага. Сидеть в нем и ждать смерти от навесного огня нечего. Постараемся пробиться к Сулице. Там болота. Немцы в камышовые заросли не полезут. — Кирпонос примкнул к самозарядной винтовке штык.
— Глебов, Гненный и Жадовский, поднимайте людей в атаку! — приказал дивизионный комиссар Рыков.
Все, кто мог, выдвинулись на юго-восточную сторону оврага. Человек восемьсот приготовились в кустах к атаке.
— Товарищи, правда на нашей стороне, мы победим фашистских разбойников! Враг будет уничтожен! За Родину — вперед! — С винтовкой наперевес Кирпонос вышел из рощи. — Ура!
— Ура-а-а! — могучий боевой клич покатился по степи.