Он на минуту задумался, Кэтрин с удивлением смотрела на чародея. Хаген очнулся от своих мыслей и окинул собеседницу жадным взглядом. Девушка, одетая в полупрозрачную ночную рубашку, призванную не столько скрывать, сколько подчеркивать, смутилась. Мартин напрягся. Но колдун уже смотрел даме в лицо и галантно улыбался.
— Ты тоже очень красива. Но и внешне, и по характеру больше похожа на прапрадеда. Ты гораздо мягче Правительницы.
— Мой прапрадед не терпел, когда им пытались управлять! — разозлилась Кэтрин. — А ты нашел прекрасный способ добиться от нас желаемого, захватив Сэнди!
— Сама виновата, деточка, — усмехнулся Хаген. — Не нужно никогда и ни к кому привязываться слишком сильно. Только в этом случае ты будешь неуязвима.
— Я буду неуязвима, если те, к кому привязана я, будут столь же сильно привязаны ко мне.
— О, как романтично, как благородно, моя леди! — колдун изобразил на лице глубокое восхищение. — Но как же измерить силу их привязанности? Вы можете полагать себя неуязвимой, а вам всего лишь искусно и нагло лгут, чтобы при первом же удобном случае вонзить кинжал в спину.
— Тогда я умру с радостью, — процедила Кэтрин. — Жить после такого разочарования мне не захочется.
— Да ты просто копия прапрадеда, только в юбке! — снова расхохотался Хаген. — Даже его аппетиты унаследовала. Не удивительно, что живешь с двумя мужиками. Вернее, удивительно, что только с двумя.
— Интересно, все колдуны столь болтливы, или это нам так повезло? — вкрадчиво проинтересовался Мартин. — Мы согласны идти с тобой, а ты ни с места, ночь воспоминаний устраиваешь. Моих-то предков тоже вспомнишь?
— И до тебя дойдет черед, дерзкий щенок, — процедил Хаген, недовольный вмешательством молодого человека в его разговор с девушкой.
Он сделал шаг и схватил молодых людей за локти. Через минуту все трое оказались в огромном зале, о котором капитан рассказывал Кэтрин. Только теперь у одной из стен появилось большое кресло, обитое темно-синим бархатом и похожее на трон, с резными деревянными подлокотниками в виде покрытых позолотой грифонов, и высокой спинкой. Сбоку от него на коленях стоял Сэндклиф. Руки капитана были связаны за спиной, а между зубов пропущен кожаный ремешок, затянутый на затылке в узел, захвативший прядь волос. Увидев друга и любимую, капитан застонал от отчаяния.
Хаген уселся в кресло и, довольно улыбаясь, потер руки. Кэтрин перенесла путешествие несколько лучше Мартина и тут же рванулась к Сэндклифу. Колдун моментально вытянул вперед правую руку с обращенной к девушке ладонью, и Кэтрин будто наткнулась на прозрачную стену. Заколотила кулаками по ставшему непроходимым воздуху, но Мартин быстро оттащил ее подальше. Хаген хмыкнул, потом внимательно присмотрелся к молодому человеку, успокаивавшему подругу.