Послав Кэрол воздушный поцелуй, Фрэнк, перепрыгивая через две ступеньки, исчез. Кэрол последовала за его матерью. Гостеприимная хозяйка провела ее по лестнице наверх к украшенной резным орнаментом двери. За ней находился просторный холл, где оказалось несколько дверей и винтовая лестница в верхнюю галерею.
Миссис Геттисон открыла одну из дверей, и они вошли в необычную большую комнату. Натертый мастикой янтарно-медовый деревянный пол, простые классические линии стола и стульев. Но все это исчезало в ослепляющей яркости красок картин, занимающих всю площадь стен — от пола до потолка.
— Я никогда не видела таких комнат! Все так просто… так правильно… А живопись… — Кэрол оставила попытки объяснить свои ощущения. Разве можно объяснить, чем ее привлекают эти цвета! Эмоции переполняли ее, глубина и интенсивность этой живописи сводили на нет все ее счастье и гордость от собственной большой работы.
— Пошли назад, мой Одуванчик!
Она повернулась и взглянула на Фрэнка. Поняв, что они одни, подбежала к нему.
— Я ничего не слышала: и как ушла твоя мать, и как пришел ты. Я упивалась цветом. Это замечательная живопись! — Кэрол поцеловала Фрэнка, наслаждаясь его близостью. — Я так люблю этот твой запах.
— А твои духи сегодня приятно отличаются от запаха краски. — В его глазах прыгали чертики. — Знаешь, как ты меня дразнишь?
— Нет! — засмеялась Кэрол. — Сейчас я пыталась запомнить некоторые из приемов наложения краски. Эта комната… она переполнена цветом, кажется, сейчас взорвется!
— Однажды мы будем здесь любить друг друга. — Он указал на одну из картин. — Когда-то я называл эту абстракцию бабушкиной счастливой картиной. Но моя любимая — у деда в комнате. Он сейчас здесь. Хочешь взглянуть на «Одуванчики»?
— Конечно, хочу! — Но Кэрол неохотно уходила из комнаты. — Ты выглядишь так привлекательно и сексуально с мокрыми после душа волосами!
— Отлично! Женщина, на которую я пытаюсь произвести впечатление, так красива, что мне пригодятся любые средства!
— Ты считаешь, я красива? — Внезапно ей захотелось быть очень красивой специально для него. Эта мысль ее испугала. Очень робко она взглянула на Фрэнка и растаяла, прочитав в его глазах восхищение.
— Только ты можешь не сознавать этого!
Казалось, она парила рядом с Фрэнком. Голова кружилась от счастья. Они поднялись по лестнице наверх. В нише окна на высокой тумбе стояла ваза с цветами и листьями — великолепный роскошный букет. Похожие букеты ее мать делала по заказам для собора или театральной сцены. Дальше по галерее был расположен кабинет, где Кэрол увидела большую коллекцию нэцкэ. Миниатюрные японские скульптурки из кости и дерева были изумительны! Но Фрэнк даже не взглянул на эти сокровища. Радость Кэрол стала постепенно тускнеть, страх заползал в душу… Этот дом — родовое гнездо Фрэнка, но не ее. Они прошли вдоль галереи, и Фрэнк ввел ее в комнату.