Выгнув бровь, он спросил:
– Хочешь, чтобы я ещё раз поклялся? Не вопрос.
– Нет. - я рассмеялась. – Зачем столько сложностей.
Я посмотрела на воду: точно такой же вид открывался из моей комнаты этажом выше.
– Здесь очень красиво.
– Да. – Согласился он, только его взгляд был направлен не на океан, а на меня. – Красивее, чем я смел мечтать.
Мои щёки покраснели, и я опустила глаза. Прежде чем я успела ответить, его пальцы коснулись моего подбородка.
– Тори, не отводи взгляд. Никогда не отводи взгляд. Ты слишком красива для этого.
– Тори? – переспросила я.
Никто и никогда так меня не называл.
– Мне нравится так. А еще мне нравится, что это имя только для нас двоих. Когда я назову тебя Тори, ты будешь знать, что это наша связь.
Я не знала что сказать. Нашасвязь? Унасужеестьсвязь?
– Стюарт, пожалуйста, расскажи мне о себе. Я знаю, что ты был женат, ты упоминал об этом. У вас были…? У тебя есть дети?
Он отрицательно покачал головой.
– Нет. Мы пытались. Линдси даже пробовала искусственное оплодотворение. Но не всё можно купить за деньги.
На его, казалось, идеально выстроенную маску уверенности в себе нашло облако печали.
– Я помню, ты сказал, что не хочешь говорить о соглашениях, но там есть длиннющий пункт о детях, вернее о том, что у нас их быть не должно. Ты можешь объяснить мне почему?
Стюарт открыл контейнер, в котором был виноград, и положил одну виноградину себе в рот.
– Я могу, и я хочу, но не сейчас. Теперь моя очередь спрашивать. Почему ты не сбежала? Почему осталась на ночь?
– Не знаю. Я напугана, но заинтригована. И я стараюсь не принимать поспешных решений. В конце концов, это будет самым значительным решением в моей жизни. – Я села, выпрямившись. – Могу я тебе верить?
– Безусловно.
– Значит, всё, что ты рассказал мне о Рэндале и его долге –правда? Его жизнь действительно в опасности?
Я потянулась за виноградом, чувствуя, как в животе урчит от голода. Но Стюарт отодвинул контейнер так, чтобы я не достала.
– Позволь мне, – предложил он.
– Я в состоянии…
– Шшш, позволь мне…
Взяв виноградинку, он поднёс её к моим губам. Я послушно открыла рот. Виноградина оказалась сладкой и сочной, когда я сомкнула губы и прокусила кожицу. Я еще не успела проглотить эту, а меня уже ждала следующая.
Когда я открыла рот, он произнёс:
– Тори, я не знал, как это будет работать. И до сих пор не знаю. Я не планировал, что по-настоящему захочу тебя, но как только сегодня ты вошла в мой кабинет, я ни о чём другом и думать не могу.
Когда я закрыла рот, его пальцы задержались между моих губ. Но вместо того, чтобы отодвинуться, я всосала их в рот и дочиста облизала. Стон, донёсшийся из глубин горла Стюарта, сказал мне то, о чём я уже подозревала - у меня есть власть. У меня есть власть над этим богатым, взрослым мужчиной. Осознание этого придало мне сил.