– Двадцать тысяч, – повторил Хэнк. – По две тысячи в каждый сменный магазин.
– А кто будет за это платить? – возмутился я. – Спасибо тебе, конечно, огромное за то, что ты убил того краба и сбил бомбы! Только спасал-то ты в первую очередь не нас, а себя, верно? Поэтому мы совершенно ничего тебе за это не должны! Ты пойми: мы вовсе не против, но мы и так везем тебя в Омаху за свой счет! А теперь нам надо еще и бесплатно кормить тебя патронами?
Робот был явно не расположен вступать в дискуссии. И опять воспользовался своим излюбленным контраргументом. Вытащив 20-миллиметровое орудие, из которого он не стрелял во время авианалета и в котором еще были снаряды, Хэнк нацелил его на ящики со взрывчаткой и завел уже знакомую песню:
– За отказ выполнить мои требования я буду вынужден пойти на крайние меры и причинить вам серьезные материальные убытки. Причинение убытков начнется через десять секунд! Девять секунд!..
– Ладно, прекрати – мы все поняли! – как и в прошлый раз, вновь сдался я. – Угомонись! Будут тебе твои двадцать тысяч патронов! Но учти: это самый натуральный и беззастенчивый грабеж! И как только я встречусь с твоими хозяевами, я потребую у них солидную компенсацию за все издержки, которые мы из-за тебя понесли!
Хэнк никак это не прокомментировал. Кажется, мои словесные угрозы, в отличие от моей строптивости, его не беспокоили. Открыв у себя в корпусе отсеки для боеприпасов, он извлек из них специальным манипулятором десять коробчатых магазинов и выставил их перед нами. А снаряжать их предстояло уже нам, поскольку для столь кропотливой работы его манипулятор не годился.
Как робот должен был перезаряжаться на лунной базе в условиях боя, черт бы его знал. Видимо, там для него заблаговременно создавались запасы снаряженных магазинов. Но сейчас в его распоряжении были лишь те контейнеры, которые сохранились при нем, и это серьезно ограничивало его боеспособность. Что, впрочем, еще не являлось его ахиллесовой пятой. И застать его врасплох, когда ему будет нечем в нас стрелять, нам вряд ли повезет.
Оставив Вэя следить за подступами, мы с Рындой немного поворчали – в том числе и друг на друга – и взялись вскрывать ящики с «семечками». А пока мы обслуживали нашего пассажира, пыль мало-помалу улеглась и картина проводимой миротворцами зачистки предстала перед нами во всем своем размахе.
Зачистка все еще продолжалась, только теперь она была не масштабной, а точечной. Перепахав бомбами обширную территорию, эскадрилья улетела на базу, а ей на смену прибыли звенья боевых вертолетов. Они работали уже по конкретным целям; каждое звено – в границах отведенного ему участка. И, судя по ведущемуся ими непрерывному обстрелу, работы у них было еще хоть отбавляй.