- Я обратился к помощнику прокурора Союза ССР товарищу Кондурушкину, - сообщает мне он, с трудом опускаясь в кресло (у него была врожденная атрофия мышц), - и смотрите, какие данные я получил! Оказывается, что из частных предпринимателей, дела которых слушались судом в 1924--1926 годах, состояло на государственной службе до 1921 года ни много ни мало 90%. Представляете?
- Ничего себе! - восклицаю в ответ. Я и в самом деле не помнил этих цифр, и поэтому сейчас они произвели на меня немалое впечатление. - Хорошо хоть, что мы освободились от этих паршивых овец.
- Если бы! Похоже, наличие хозяйственных преступлений за душой является у нас едва ли не лучшей рекомендацией при поступлении на госслужбу! - с сарказмом откликается на мои слова Ларин. - Иначе чем объяснить, что из всех служащих, которые в 1924--1926 годах совершали хозяйственные преступления, было уже осуждено раньше за подобные же преступления примерно 80%?
- Так что же выходит? Нас бьет не частник, так сказать, в чистом виде, а, скорее, мы сами в лице нашего чиновничьего аппарата? - удивленно спрашиваю у своего собеседника.
- Как вы сказали? Мы сами? - переспрашивает Ларин. - А что, верно подмечено!
- Михаил Залманович! Это дело так оставлять нельзя, - начинаю подводить его к той цели, ради которой, собственно, я и нанес ему визит. - Вы журналист, вам и карты в руки. Продерите этих чинуш с песочком - и тех, которые воруют без зазрения совести, и тех головотяпов, которые их покрывают. А ведь за их спиной и настоящие саботажники могут прятаться!
Бойкое перо публициста (в бытность свою заместителем председателя ВСНХ РСФСР в разгар гражданской войны он нередко переносил эту бойкость, приправленную полетом фантазии, на хозяйственные дела, вынуждая прочих руководителей Советской Республики подчас хвататься за голову) не заставило себя ждать. И, как говаривал последний генсек ЦК КПСС, "процесс пошел".
Долго убеждать председателя ВСНХ в важности проблемы, поднятой Лариным, мне не пришлось - его и самого беспокоил вопрос взаимоотношения государственных хозорганов с частником. В результате ЦК ВКП(б) создал комиссию по частному капиталу во главе с Дзержинским, и поручил этой комиссии представить соответствующий проект резолюции к очередному Пленуму ЦК. А Феликс Эдмундович подготовку проекта взвалил, на кого бы вы думали? - Правильно, на вашего покорного слугу.
Подготовленный комиссией Дзержинского проект вызвал разногласия еще до Пленума ЦК, при его обсуждении на Политбюро. Против высказался Каменев, весьма критически отнесся к предложенным путям использования частного капитала и Троцкий. Однако поддержка со стороны Рыкова, Томского, Бухарина заставила колеблющегося Сталина принять их сторону, и проект был вынесен на сентябрьский Пленум ЦК ВКП(б). Но и там баталии разгорелись тоже нешуточные.