(Шум в зале).
- Разве такие недопустимые колебания перед лицом буржуазной опасности имели место, если бы мы настойчиво проводили политику ускоренного развития нашей советской промышленности? Не получается ли так, что руководство ВСНХ этой резолюцией стремится прикрыть собственную неспособность обеспечить необходимые темпы промышленного роста?
(Шум в зале. Тов. Дзержинский: Григорий, что ты несешь?).
- Я сам вхожу в руководство ВСНХ, но мне наплевать на ведомственную честь мундира. Я прямо скажу: цифры свидетельствуют о том, что в ВСНХ не наблюдается решимости в деле расширения нашей промышленности, в деле наращивания капитальных затрат для создания новых производств.
(Тов. Дзержинский: Григорий, имей совесть!)
- Это беда не одного лишь ВСНХ. Это - следствие всей той недопустимой вялости и неопределенности экономической политики, которая характерна в последнее время для линии большинства. Вместо диктатуры пролетариата у нас установилась диктатура Наркомфина, когда все решения в экономической области определяются не классовыми интересами рабочих, а жалобами Сокольникова на угрозу сбалансированному бюджету и курсу червонца. Что же мы теперь, курсу червонца как священной корове поклоняться должны? И вот теперь нам вместо программы наступления социализма по всему фронту предлагают очередной отступательный маневр. Нет, это уже черт знает что такое!
После таких выпадов Дзержинский не сдержался и немедленно взял слово.
Дзержинский:
- Что предлагают нам выступавшие здесь ораторы от оппозиции? Ничего, кроме лозунгов и пустой трескотни. В проекте резолюции были ясно обозначены проблемы, на решение которых она нацелена. И что же, оппозиция сказала хоть слово об этих проблемах, предложила нам хотя бы какие-нибудь способы их решения? Ничего, кроме перемежающихся криков "Долой!" и "Ура! Вперед!" мы тут не услышали.
Дзержинский побледнел и прижал левую руку к груди. У меня тревожно екнуло внутри - ведь именно в 1926 году, как раз на Пленуме ЦК, и тоже после полемики с Пятаковым, Феликса Эдмундовича настиг сердечный приступ, который свел его в могилу. Председатель ВСНХ между тем продолжал:
- Особенно странно мне слышать такие речи от моего заместителя. Я всегда считал Пятакова хорошим организатором и грамотным экономистом. Только вот сегодня от него слышны только дезорганизаторские выкрики, не покоящиеся ни на каком экономическом расчете. Расчет здесь, наверное, все-таки есть, но это не экономический расчет, а расчет оппозиционного политикана!
(Одобрительный гул в зале).