– Законно, – восхитился Натан.
Глория врезала ему по уху, когда они уползали прочь в темноте.
Через сорок пять минут на территории МОЗСХО появилась команда с телевидения, они отыскали огромную дыру, проделанную в проволочном ограждении вокруг комплекса, причем именно в том месте, которое указали анонимно позвонившие на станцию люди.
– Это не так уж плохо, – заявил оператор с телевидения ВИМП.
Его ассистент посмотрел на белое лабораторное здание, маячившее за ограждением.
– А чего мы дожидаемся? – спросил он.
– Чего же еще? Мы ждем Рэнса Ренфрю, наипопулярнейшего телекомментатора, человека, которые говорит все, как оно есть на самом деле, вашего человека на ВИМП.
Оба оператора захихикали, так забавно прозвучала эта пародия на рекламные объявления станции.
– А он знает, что тут делается? – спросил ассистент оператора.
– Нет.
– Не могу дождаться, чтобы посмотреть, какую мину он скорчит.
– Я тоже.
Они прождали еще полчаса, наконец около них остановился черный лимузин, с заднего сидения которого вылез молодой человек, до такой степени лучившийся здоровьем, что даже его волосы выглядели загорелыми. Он был одет в смокинг и сердито крикнул операторам:
– Лучше бы это было действительно что-то существенное! Потому что меня выдернули с весьма важного ужина.
– Так и есть, – откликнулся главный оператор, подмигивая ассистенту. – Какая-то группа сегодня ночью планирует устроить крупную акцию протеста.
– Протест? И вы меня вытянули с ужина ради какого-то протеста? Что за протест?
– Там речь идет о спасении животных, – ответил оператор. – И против проявлений американского геноцида.
– Ну ладно, это звучит уже лучше, – сказал Ренс Ренфрю. – Из этого мы можем сделать что-то приличное.
Он попробовал голос, точно музыкант, настраивающий инструмент.
– Это говорит Ренс Ренфрю, я нахожусь там, где группа разгневанных американцев сегодня ночью восстала против правительственной политики геноцида... – он оглянулся на оператора. – Вы упоминали о животных?
– Верно, животных.
– Правительственной политики геноцида животных. Может быть, это начало движения, которое навсегда свергнет коррумпированное американское правительство? Неплохо. Это может сработать. А когда предполагается начать демонстрацию?
– Минут через сорок пять или около того, – ответил оператор.
– Ладно, мы будем готовы. Запишем все и сообщим, что кинулись сюда, покинув частное торжество ради того, чтобы наши зрители видели правду. А что они там собираются делать?
– Как они сказали, взорвать атомную бомбу.
Загар с лица комментатора исчез мгновенно, кожа Ренса Ренфрю стала бледной.