Через неделю, опять же ночью, наши уши неожиданно были заложены сильным свистом, дружным гулом, а потом серией страшных взрывов. Приоткрыв полог у входа нашего «бункера», я увидела на черном полотне неба быстро проносящиеся ядовито-желтые стрелы. Они улетали за поселок и там подрывались. Немцев как ветром сдуло, а наутро мы услышали нашу родную русскую речь.
Как сейчас помню – в Крюково вошли красивые молодые парни в валенках и белых полушубках. Некоторые ехали верхом на лошадях. Один паренек, наверное, лет восемнадцати от рода, остановился у нашего забора, и вдруг – взрыв. Погиб солдатик и лошадка под ним. Немцы много улиц и изб заминировали.
А потом, после Московской битвы, я увидела на стене магазина плакат. На плакате был нарисован Гитлер с растопыренными ногами. Штаны галифе у него лопнули как раз между ягодиц. Внизу плаката красовался стишок:
Гитлер выдумал задачу
Взять Москву с Баку в придачу.
«Вот я ноги раскорячу,
Уж тогда не быть греху!»
У вояки – раскоряки
Разорвались швы в паху.
Несмотря на то что была морозная зима, на душе с приходом наших солдат было тепло и спокойно. Стали обустраиваться. В дом зашли, а там – пусто. Все деревянное пожгли фрицы. Материнские три пальто утащили с собой. Отцовскую шинель тоже забрали. Из кладовки сделали отхожее место…
Глава 12
Эшелоны спешат к Москве
Осень 1941 года.
Подмосковье и Москва.
Обстановка – катастрофическая.
Творческая интеллигенция приравняла, как говорилось, перо, голос, кисть к штыку. Писатель Алексей Толстой в пламенной статье «Москве угрожает враг» буквально кричит:
«Красный воин должен одержать победу. Страшнее смерти позор и неволя. Зубами перегрызть хрящ вражеского горла – только так. Ни шагу назад…
Ураганом бомб, огненным ураганом артиллерии, лезвиями штыков и яростью гнева разгромить германские полчища. Гнездо наше, родина возобладала над всеми нашими чувствами. И все, что мы видим вокруг, что раньше, быть может, мы и не замечали, не оценили, как пахнущий ржаным хлебом дымок из занесенной снегом избы, – пронзительно дорог нам».
А еще Алексей Толстой вспоминал слова одного заграничного писателя XVI века, побывавшего в Москве, который писал, что «если бы русские знали свои силы, никто бы не мог бороться с ними, а от их врагов сохранились бы кое-какие остатки».
Огромное количество наших войск, способных наносить ощутимые удары по врагу, оказались окруженными под
Вязьмой. Это стало результатом ошибок, допущенных Ставкой и командованием фронтов, прикрывавших столицу.
Как писал Герой Советского Союза военный разведчик и писатель Владимир Карпов: