Саша на секунду оторвала взгляд от ринга и скользнула по лицам зрителей. Все они, как загипнотизированные, смотрели в одном направлении и боялись дышать, чтобы не упустить ни единого движения.
Сперва Апокалипсис выматывал противника, не причиняя тому особого вреда. Давал зуботычины джебом и апперкотом, постоянно смещался, заставляя оппонента проваливаться в пустоту и с трудом удерживать равновесие. Очевидно, в какой-то момент тренеру эта игра надоела, и он нанес Бажину акцентированный удар по печени. Тот согнулся от боли и несколько секунд хватал ртом воздух. Затем заставил себя вернуться в стойку, тяжело дыша и буравя Сомова взглядом.
Апокалипсис выждал немного, словно раздумывая, что делать дальше. И вдруг молниеносно выбросил руку, обрушивая на противника сокрушительный удар. И еще один.
Руслану почудилось, что в его голову взрезался многотонный молот. И тут же погас свет.
Сомов постоял, глядя на поверженного противника. Потом снял перчатки, подошел, опустился на корточки и пощупал пульс на шее Бажина. Убедившись, что с ним все в порядке – обычный нокаут, перелез через канаты и спустился в зал.
Сердце ухало в груди растревоженным филином. Ноги пружинили и мелко подрагивали. Этому сукиному сыну удалось вывести его из себя. Помимо воли в памяти вспыхнули кадры из далекого прошлого. Того прошлого, о котором он отчаянно старался забыть…
Это случилось ровно за три недели до боя за звание чемпиона мира. Стояла поздняя весна, деревья уже вовсю зеленели, столбик термометра не опускался ниже 20 градусов тепла, а пыльное знойное марево еще не накрыло город удушающим куполом. Никогда Москва не казалась молодому Апокалипсису настолько красивой. По улицам бегали стайки юных девиц в коротких платьях, там и сям собирались молодежные компании, чтобы посмеяться и поиграть на гитарах.
Сомов шел с тренировки, наслаждаясь вечерней свежестью и прокручивая в голове тактику предстоящего боя с американцем. Полностью погруженный в свои мысли, он не сразу услышал, что его кто-то окликнул.
– Молодой человек!
Сомов обернулся. Красивая девушка в белой плиссированной юбочке выше колен смущенно посмотрела на него:
– Вы не поможете? – и кивнула вниз.
Ее каблук застрял между плитками тротуара, и она дергала ногой, тщетно пытаясь высвободиться.
Сомов нагнулся и одним осторожным движением выдернул каблук из расщелины.
– Вот, пожалуйста.
Девушка очаровательно улыбнулась:
– Вы мой спаситель.
Повисла пауза. Она скользнула глазами по ладной мужественной фигуре и чуть дольше, чем следовало, задержалась на губах.