Габриэль – новый Габриэль – сначала принимает душ. Мы уже вернулись в его комнату. Я заживил ладонь, но на обеих сторонах остались маленькие круглые шрамы – еще одно добавление к моей коллекции. На заживление ушло несколько секунд. Ладонь Габриэля тоже заживилась. Я смотрел. Ему, правда, понадобилось минут двадцать, но на теле фейна такая рана заживала бы несколько недель. Он все время улыбался. Наверное, от целительной щекотки и от радости, что снова стал наконец самим собой.
Он еще не совсем твердо держится на ногах, но говорит, что главное сначала помыться, поесть можно и потом. От голода и бессонницы я тоже сам не свой, но для меня сейчас важнее душа и важнее еды быть рядом с Габриэлем. Так он доволен, так уверен в себе. Такой настоящий Габриэлевый Габриэль.
В спальню входит Ван.
– Молодец, Натан. Ты будешь рад услышать, что мы покидаем эти места как можно скорее. На завтра в Барселоне назначена встреча альянса, я должна там быть. Так что после завтрака отправляемся.
Дверь в соседнюю комнату приотворяется, за ней стоит Габриэль, его частично видно в щель – голая грудь, полотенце вокруг бедер, влажные волосы, широкая улыбка и глаза цвета обжаренных кофейных зерен с золотыми искорками, которые лениво плавают в зрачках.
– У меня такое чувство, что вы двое обсуждаете тут не меню предстоящего завтрака, – говорит он.
– Натан тебе расскажет, – отвечает Ван. – Мы скоро уезжаем, но сначала поедим и немного отпразднуем – такое снадобье срабатывает не каждый день. – И она выходит из комнаты.
– Ну и шутки у нее, – говорю я, поворачиваясь к Габриэлю.
– Ага, – соглашается он и распахивает дверь. – Ну, и каково твое мнение?
– О новом тебе?
Он кивает.
– Оригинальная версия. – Он раскидывает руки в стороны и медленно делает полный оборот вокруг своей оси, давая мне разглядеть его хорошенько.
– Знаешь, ты удивительно похож… на себя-фейна. Только ухмыляешься так широко, что того гляди морда треснет.
Но он улыбается еще шире.