Я оборачиваюсь, и мои глаза встречаются с её.
Она сияет. Я могу увидеть искорки в этих прекрасных, детских голубых глазах. И в этот момент я понимаю, как сильно хочу её.
Все хуже, чем я думал.
Я пришел сюда, как океан бежит к берегу, словно она мой берег.
Блядь. Я никогда не преследовал женщин. Только бежал от них.
- Мне нужно что-то, что поможет исправить мое непреодолимое желание увидеть ее.
Она не бросается в мои объятия, так что я не получу свой момент из фильма.
- Вам не масло нужно. Вы пробовали позвонить ей? Или может быть написать?
- Я хотел. Думал об этом каждый день с тех пор, как она уехала.
- Но?
- Я боялся, что, возможно, она пришла в себя и решила, что – это плохая идея.
- Держу пари, она так не думает. Эта женщина, наверное, чувствовала себя также. Ей было страшно.
Подхожу ближе к Рен и прикасаюсь к ее щеке.
Она кладёт свою ладонь поверх моей, поворачивает голову и целует мою ладонь.
- Ты приехал с Олли?
- Мы решили поехать вместе в последнюю минуту. Я не хотел звонить, потому что боялся, что ты скажешь мне, что мне не стоит приезжать.
Лучше получить прощение, чем разрешение.
- Я очень рада, что ты здесь.
Рен берет меня за руку, и мы подходим к кассе.
- Вунтер, ты сможешь закрыть магазин без меня? Мы с Брю не виделись целый месяц. Нам нужно наверстать упущенное.
Звучит многообещающе.
- Не проблема. Хорошо провести время.
- Я заберу сумку и пойдем.
Я иду за ней в заднюю часть магазина, и мы выходим из магазина. Она останавливается в темном переулке и берет меня за руки.
- Я хотела остаться на следующий день, чтобы увидеть тебя. Но у меня не получилось.
- Я понимаю. Жаль, что мне пришлось уехать. У меня не было выбора, мне нужно было увидеть Бриджет.
- Я спрашивала о ней у Олли. Он сказал, что с малышом всё хорошо.
- Он еще маленький парень, но большой боец. Он родился недоношенным. Врач говорит, что нет ничего страшного в том, что он родился раньше. Мы будем играть в бейсбол. Я собираюсь сделать из него питчера.
- Я рада, что все хорошо. Я знаю и понимаю, как много они значат для тебя.
- Ты одна из немногих, кто знает.
Она не осуждает меня. Это одна из многих причин, почему она так сильно нравится мне.
Я не прикасался к ней месяц. Это все, чего я хочу. Это не самое идеальное место, но я ничего не могу с собой поделать.
Я беру ее лицо в ладони и подношу свои губы к ее, но останавливаюсь прежде, чем коснуться их. Наше дыхание смешивается.
- Тридцать дней и тридцать ночей я не думал ни о чем, кроме тебя.
- Я тоже провела немало времени, думая о тебе.
- Есть ли шанс, что мы сможем вернуться в ту ночь?