— Где! Ты! был! — повторил я с угрозой, медленно приближаясь к нахмурившемуся рыцарю.
— Не твоё дело смерд! — как-то неуверенно ответил Кравчик, с вызовом глядя на меня.
А глазки-то у мужика изменились! Куда делся тот неприятный взор забитого крысёныша, что в последнее время не покидал его, до сих пор пятнистое от застарелых синяков, лицо. Теперь это был колючий взгляд уверенного в себе человека, злого, расчётливого и кажется… немного безумного. Неужели этот гад задумал какую-то пакость? Ой, не нравится мне это!
— Да ты, как я погляжу, совсем охренел в атаке, — я бросил быстрый взгляд на усталую, сгорбленную фигурку Баронессы, которая сидела прямо на полу возле переднего колеса фургона, обхватив колени руками.
Именно она в первую очередь волновалась за этого неприятного типа, а как он нарисовался, бросила на него всего один безразличный взгляд и отвернулась. Ну — в общем-то, это не моё дело. Может быть, у них там действительно какая-то любовь присутствует, а то, что ко мне девочка льнёт — так-то стандартные дамские хитрости.
Но данный индивидуум дал слово слушаться моих приказов и тем самым стал моим подчинённым. А боец, посылающий командира это очень нехорошо. Так что даже если у них там лямур, придётся девице потерпеть.
Удар ногой в центр кирасы швырнул раздухарившегося рыцарёнка на землю. Не то, что бы мне так уж хотелось его снова бить. Но подобные взбрыки нужно гасить сразу, в зародыше и делать это предельно жёстко. Тем более с такими людьми. Это я вам как сержант говорю.
Через мгновенье я сидел на груди поверженного наземь Амадеуша, прижимая к его горлу свой нож.
— Напомни ка мне, мил человек, о чём мы договаривались? Ты мне вроде клятвенно что-то обещал?
— Ээ… С-слушаться приказов командира, — сер Кравчик заворожено смотрел на рукоять, словно не мог поверить, что это происходит именно с ним.
— И когда тебя он о чём-то спрашивает, что надо сделать? Послать его? — я говорил тихим, проникновенным тоном и, судя по всему, он действовал.
Лоб блондина мгновенно покрылся крупной испариной, а горло пересохло. Не в силах вытолкнуть из себя ни звука, он попытался помотать головой, да ещё с таким энтузиазмом, что я едва успел отдёрнуть лезвие, что бы этот придурок не вспорол себе горло.
— На хрена ты своей бестолковкой трясёшь? Совсем дурак, что ли? Ты словами скажи. Доложи по форме!
— Сер… Игро… Иорг… Игор… Виноват… Отлучался для справления нужды!
— На полтора часа?
— Большой! Очень большой нужды!
— Вот видишь, это совсем не больно, раз и всё. А если ты ещё раз не выполнишь приказ, то я больше не буду вести с тобой задушевные беседы, а просто прирежу, — я поднялся на ноги и осмотрел своих притихших попутчиков. — И это всех касается. Мы не на пикнике и не в городском парке. В бою должен быть один командир или всех нас пустят на удобрения. Понятно?!