– Когда именно приходил детектив? Это важно.
– Хм. Кажется, в марте. В начале. Или в середине.
Дюпри переглянулся с Поллардом.
– Не помните, в коробке была ломбардная квитанция?
– Да, – сказал Нордлинг. – Там все в таком духе. По-моему, она какое-то украшение заложила.
– Вспомните, что еще было в коробке?
– Рецепты. Перчатки. Бумажки с цифрами.
– Телефонные номера?
– Наверное. Или пейджерные.
– Номер или имя не запомнили?
– Нет.
Дюпри взял снимок: Ленин Райан и Шелли Нордлинг на причале в Сан-Франциско.
– Мистер Нордлинг, я по факсу перешлю в ричмондскую полицию фото одного человека. Завтра с вами свяжутся. Посмотрите фотографию и скажите, не этот ли человек к вам приходил.
– Он что, не коп? А кто?
Дюпри перехватил трубку:
– Я сам точно не знаю.
Проулок уперся в парковку на задах порномагазина – обшарпанного кирпичного дома, перед которым маячила пара-тройка машин. Каролина успела заметить, как человек в темной куртке вошел внутрь, и, кинувшись следом, оказалась в узком зале, где было не светлее, чем на улице. Вокруг невысоких стеллажей, заваленных журналами в целлофане и книгами с похабными обложками, стояли, втянув головы в плечи, малочисленные покупатели. Звякнул колокольчик парадного входа, и Каролина устремилась к дверям, минуя витрину с сексуальными атрибутами и порнофильмами. На секунду она встретилась взглядом с прилично одетым стариком, осатанело закусившим нижнюю губу.
Каролина выскочила на улицу и лишь тогда сообразила, что за последнюю минуту ни разу не вдохнула. Человек в куртке свернул за угол, вновь скрывшись в темноте переулков.
Каролина бросилась за ним, но на углу остановилась. Это безумие. Машина осталась в трех кварталах отсюда. Хорошо, она схватит Райана. И что дальше? Каролина замерла, глядя на кирпичную стену, за которой расстилалась тьма. Прислушалась к шагам. Тихо. Шарахнулась от мимо просвистевшей машины. Вспомнила Жаклин. Значит, все-таки с ней был Райан. Мысль об этом заставила сделать шаг, второй и свернуть за угол. Господи, пусть маленькая обжора будет жива, пусть мужик окажется кем-то другим.
Глаза еще не привыкли к темноте, и Каролина ногой нащупывала дорогу, словно спускаясь по неосвещенной лестнице. Потом увидела мужика и аж задохнулась. Засунув руки в карманы, он поджидал ее в конце проулка. Стрижка короче, отпустил усы, но это он, Райан. Удостоверившись, что его заметили, человек обогнул дом и скрылся в другом проулке.
Участилось дыхание, напряглись мышцы. Блин! Одной соваться нельзя. Каролина оглянулась на фонари Спрейг-стрит – там найдется телефон, можно вызвать подмогу. По телу пробежал холодок злой досады. Каролина достала из-за пояса пистолет и шагнула в темноту, уже не стараясь ступать бесшумно, просто упрямо и тупо перла вперед.