Антонио моргнул. Судя по всему, Оливия даже и не подозревает, что Лаура Бэт беременна.
– Наверное, лишившись квартиры, она осознала, что не в том положении, чтобы привередничать, и ухватилась за первое подходящее предложение.
– Ну, если она тебе действительно не нужна, Такер бы с удовольствием ее взял. Ему как раз нужен человек, разбирающийся в информационных технологиях, с которым он мог бы работать напрямую, доверяя все свои тайны.
– Думаю, это как раз то, что ей надо.
– Я тоже так считаю; он хотел предложить ей эту должность после свадьбы, но она слишком быстро куда-то исчезла. Ладно, теперь мы, по крайней мере, знаем, куда она делась.
– Верно.
У Антонио словно камень с души свалился. Она нужна Такеру.
Вот и замечательно.
Только откуда взялось это непонятное чувство в животе. С чего он вдруг испугался ее потерять? Уж не потому ли, что без нее в доме станет невыносимо одиноко и тоскливо?
Оглянувшись по сторонам, сперва он не смог отыскать Лауру Бэт, а потом заметил, как она непринужденно переходит из одной группы что-то оживленно обсуждающих людей к другой, причем и там и там все мужчины благосклонно ей улыбаются, а она скромно улыбается в ответ.
В нем мгновенно вспыхнула ревность.
– Ну так как, ты готов знакомиться с клиентами?
– Более чем. – Не важно, что делать, лишь бы выкинуть ее из головы.
Следующий час прошел в непрерывном общении с Оливией, владельцами галерей, торговцами антиквариатом и предметами искусства и коллекционерами. И что самое странное, к нему вдруг вернулась прежняя способность непринужденно впечатлять и очаровывать, так что если бы у него была хоть одна работа, которую он мог если не продать, то хотя бы показать, вечер окончился бы настоящим фурором.
Но показывать было нечего, заказов он не принимал и вскоре снова остался наедине с Оливией, только сейчас до конца осознав всю серьезность своего положения.
– Пойду чего-нибудь выпью. Составишь мне компанию?
– Думаю, мне лучше поискать Такера.
Вот и замечательно.
Он может смело идти в бар, заказать скотч и отправляться домой, где сразу же ляжет спать, чтобы не думать, кем он когда-то был, но уже никогда не станет.
– Скотч, – заказал он, пробравшись сквозь толпу довольных собой и вечером людей. – Три порции.
Явно решив, что он заказывает на троих, бармен охотно кивнул. Усевшись за стойку, Антонио случайно заметил застывшую в одиночестве перед картиной Лауру Бэт.
В стотысячный раз пристально ее разглядывая, он уже знал, какие оттенки и полутона использовал бы, реши он все-таки ее нарисовать, чтобы все остальные сумели разглядеть то, что он видел в ней сам. Картина, на которой вновь обращенная от всего сердца влюбляется в искусство.