– Дорога, ведущая в монастырь, начинается с обратной стороны вон той горы, – вытащив лодку на берег, сказал он и указал на едва видимую тропинку, которая исчезала на каменистой осыпи холма. – Монастырь находится дальше, чем кажется. Путь весьма непростой. Ступайте осторожно.
Монастырь Пресвятой Богородицы был расположен практически на вершине горы и когда-то по размерам не уступал небольшой деревне, но, когда они вскарабкались наверх, перед ними были одни лишь развалины.
Монастырь практически исчез, поглощенный горой, когда-то приютившей его. Каменные арки над окнами уцелели, как и центральный вход, но большинство стен обрушились или начали крениться.
Пока они бродили снаружи, глаза запорошила мелкая пыль. Войти внутрь, укрыться от солнца и ветра было облегчением.
Понадобилось несколько минут, чтобы глаза привыкли к темноте.
Фрески с изображениями Богородицы покрывали уцелевшую стену. Краски померкли, но было видно, что преобладали лазурные и золотистые тона.
Вегнер медленно обходил помещение, исследуя выцветшие рисунки.
На одной стене удрученная Девственница несла ребенка на торжественное благословение. На другой размытые ореолы святых были похожи на отпечатки золотых монет на штукатурке.
– Здесь должно быть достаточно света, – сказал Вегнер, достал оборудование и установил его на подставку.
К тому времени, когда он закончил, легкий туман стал наползать с предгорий, солнце уже клонилось к закату и воздух в горах стал прохладнее.
Вегнер вышел из полуразрушенного здания чем-то очень довольный.
– Станьте там, – сказал он, – я поснимаю вас, пока не стемнело.
Ахмет застегнул китель и поправил головной убор, Джахан стоял возле него: два турецких военных, торжественно глядящих в объектив.
– Обычно пластины я отсылаю в Германию, – рассказывал Вегнер, когда они уже спускались к реке. – А эти я проявлю сам. Я устроил фотолабораторию в подвале дома, под кухней. Если фотографии получатся, вам достанутся ваши.
Это была самая длинная тирада, произнесенная немцем с тех пор, как они выехали из Сиваса. Когда они дошли до лодки, он снова замолчал.
Вегнер загрузил в лодку свои коробки, и они уже собрались отчаливать, когда Джахан заметил что-то белое в воде. Он пошел посмотреть.
– Капитан, – окликнул его Ахмет, – нам нужно вернуться до темноты.
Белое пятно, которое заметил Джахан, оказалось телом, плавающим лицом вниз в тростниках. Сняв ботинки, он вошел в воду и перевернул труп. На него уставилось синеватое лицо мальчика. Мальчик с покрытыми пленкой глазами и глубоким разрезом от уха до уха. Подхватив тело под мышки, Джахан вытащил его на берег.