Надежда решила воспользоваться сложившейся ситуацией. Быстро распихав вещи по шкафам, она смахнула пыль, протерла подоконник и кое-как подмела пол. После чего переместилась на кухню.
Там также все было вывалено из шкафчиков, плюс в раковине кисла гора грязной посуды. Ох уж эти мужчины!
– Вас как зовут? – На хозяина, надо думать, произвела впечатление быстрота, с которой она навела порядок в комнате.
– Надежда… – Только сказав это, она сообразила, что зря назвалась своим настоящим именем.
– А меня – Владимир. Владимир Владимирович Симаков.
– А я знаю, – ляпнула Надежда и тут же вывернулась: – Вы, когда заказ делали, полностью представились.
– Ну да, – он сел на освободившийся стул, с которого Надежда в последний момент убрала сломанный тостер, – вы извините, что я выпивши. Никогда этим делом не увлекался, а как узнал про Алину – так никак успокоиться не могу. Тянет что-то и тянет вот тут, – он потер левую сторону груди.
– Ой, вам тогда пить не надо! – всполошилась Надежда. – Лучше я вам чаю сделаю!
К тому времени, как вскипел чайник, она успела протереть стол и распихать по шкафам посуду и кастрюли. Рассыпанную крупу и осколки чашек замела в пакет для мусора.
Чай нашелся у Алины только в пакетиках, Надежда нашла еще нетронутую пачку кускового сахара, черствый батон и засохший кусок сыру, а в холодильнике – два яйца.
– Ну, это мы мигом! – сказала она, и вот уже на сковородке жарятся гренки.
Симаков положил в чай три куска сахара и налил туда же солидную порцию коньяка. Предложил и Надежде.
– Боже упаси! – замахала она руками. – Я же на работе нахожусь! Если начальство мое узнает, что я тут с вами коньяк пью – уволят тут же! У нас с этим строго! А вы не стесняйтесь, пейте, раз уж такое дело, надо стресс снять, все-таки не каждый день жены в аварию попадают со смертельным исходом.
– Убили ее, – Симаков одним глотком выпил полстакана чая и долил коньяка, – так в полиции сказали, что авария подстроена была, в чужую машину ее посадили, угнанную…
– Убили? – Надежда всплеснула руками. – Да что же это, да как же это, да за что?
– Сам не знаю, – Симаков снова отхлебнул чаю, – вот вроде жили мы неплохо, а только ей все не то. Скучно, говорит, мне в провинции, у тебя, говорит, бизнес, а мне что делать? Я, говорит, хочу сама что-то совершить, а не в твоей тени все время находиться. Ну, слово за слово, так мы и разошлись. Уехала она, сначала в Москву, потом сюда. Как уехала – так больше к нам в Заволжск и не показывалась. Я даже и не знал, что она наладилась к Славке Самарину в кинокомпанию эту, будь она неладна совсем!