.
Много щебечущих девушек: явно барышни на выданье. Папа и маман привезли их на поиски женихов. Где ещё подыскать выгодную партию, как не на балу, устроенном главным человеком в округе?
Девушки скромно постреливали глазками, надеясь высмотреть будущего суженого-ряженого.
Холостяки, воспрявшие духом, искали потенциальных жертв. Кому-то нужна любовь до гроба, а кому-то – богатое приданое за невестой.
– Тоска, – произнёс Иван.
– Что, без твоей зазнобы и свет не мил? – улыбнулся я.
– Петь, прошу тебя, давай без шуточек твоих… Я же в твои романы не лезу. Про Барбарелу и слова единого не сказал.
– Прости, братец! Не со зла! Поднять настроение тебе хотел. Хм… смотри, а это, кажется, по наши души.
Фёдор Прокопич подвёл компанию: благообразный совершенно седой мужчина преклонных лет, высокая, располневшая матрона (как выяснилось позже – супруга), длинный и будто состоящий из прямых линий подросток (сын)… Но моё внимание привлекли не они. Я встретился с глазами прекрасной незнакомки и утонул в них. Очнулся лишь после того, как Иван дёрнул меня за рукав кафтана:
– Петь, ты чего?
– А?
– Я говорю, ты чего как столб соляной стал?
– Кто она? – спросил я вместо ответа.
– Она… – понимающе протянул Иван. – Ты что имя уже забыл? Нас же представили…
– Ваня, блин! Как её зовут, кто она?
– Эх, – вздохнул предок. – Запоминай: зовут её Наталья Ивановна Лоскутова.
– Лоскутова? Это их имение Сапежский грабил?
– Их, – подтвердил Иван. – Потому папенька их, господин Лоскутов, очень хотел с тобой и мной увидеться. Поблагодарить за всё. Только ты, когда он говорил, молчал и зенками хлопал. Что с тобой? Никак влюбился?
– Может, и влюбился, – кивнул я. – Думаешь, одному тебе это чувство известно.
– Нет, конечно, – грустно улыбнулся Иван. – Я тоже об Екатерине Андреевне думаю часто. Тоска меня гложет. Будем теперь с тобой на пару с кислыми физиономиями ходить.
– Тут ты, братец, ошибаешься, – резко сказал я. – Я за Наталью Ивановну… за Наташу поборюсь.
– А Барбарела? Тебе вроде она нравится…
– Нравится, – согласился я. – Но это не любовь, Ваня. У меня при виде её сердце не ёкает, глупости совершать не хочется. Значит, точно не любовь.
– И что будешь делать?
В этот момент музыка зазвучала громче. Дождавшись этого момента, радостные кавалеры устремились приглашать дам.
– Сейчас увидишь, – пообещал я.
Бал начинался с полонеза. Его открывал Фёдор Прокопич под ручку с супругой. Всё было чинно и официально.
Путь к Наталье Ивановне преградили двое офицеров и некий штатский, внешность которого показалась мне смутно знакомой. Мы определённо встречались, и та встреча была не из приятных. Офицеров я обогнул, а штатского подрезал, опередив его на долю секунды. Кажется, чуток подвинул плечом. Ничего страшного, не убудет!