– Боюсь, что нет, – отозвался Юрис, – я использовал все пластины, которые прислали дяде на пробу. Конечно, он может заказать другие, но это уже будет за деньги, и немалые.
Тут явился Теодор и объявил, что теннисная сетка натянута, стулья для зрителей вынесены в сад и господин граф может играть в теннис, если ему угодно.
– Мы с удовольствием посмотрим, Кристиан, – сказала графиня.
– Боже мой! – воскликнул граф. – Совсем запамятовал. Мне нужен соперник. Кто-нибудь из вас играет в теннис?
– Боюсь, что никто, – с легкой иронией ответил ксендз. О теннисе в нашей глуши имели еще меньше представления, чем об автомобилях.
– Я сам давно не играл, – заметил молодой человек. – Так что я буду легкой добычей. – Он обернулся ко мне, блестя глазами. – Мадемуазель?
Я так растерялась, что стала отмахиваться обеими руками.
– Нет, нет! Я совсем не умею и не знаю правил…
– Так я вас научу!
– Нет, я не хочу… Нет!
– Как скажете, – заметил граф и повернулся к телеграфисту. – Герр Гофман, я надеюсь, вы не робкого десятка?
– К вашим услугам, – ответил тот, церемонно поклонившись, словно речь шла о дуэли, и мы двинулись в сад.
Графиня заняла лучшее место возле импровизированного корта, усадив возле себя Минну с мужем и Юриса, которого она расспрашивала о цветной фотографии. Я довольствовалась стулом под соседним деревом, а Августин Каэтанович сел на свободное место рядом со мной. Моего отца с нами не было – он остался в своей комнате, сославшись на то, что ему надо написать письмо.
Теодор принес поднос, на котором стояли бокалы с прохладительными напитками – вовсе не лишними, потому что день выдался довольно жарким. Кристиан и Гофман обменялись первыми ударами. Я ничего не понимала в теннисе и стала задавать вопросы своему соседу, который любезно разъяснил мне особенности этой английской игры.
– Я и не подозревала, что вы такой знаток, – сказала я.
– О, я много чего знаю, – довольно туманно ответил мой собеседник. – Но вообще… и в сущности…
– Да? – рассеянно уронила я, глядя, как Кристиан отбил довольно сложный удар. Он раскраснелся, похорошел и казался таким беспечным, таким… Я так и не нашла нужного эпитета, потому что Августин Каэтанович отвлек меня.
– Юрис попросил меня поговорить с вами, – негромко промолвил он. – Он сказал, что у него самого не хватит духу. Я пытался объяснить ему, что недостаточно вас знаю и совсем не подхожу для такой миссии…
– Миссии? – машинально повторила я, оборачиваясь к нему.
– Да. Дело в том, что он хотел бы просить вашей руки, но тут не все так просто. Его дядя…
– Уже подыскал ему невесту в Либаве, – нетерпеливо закончила я. Мой собеседник взглянул на меня с удивлением.