Красава затихла у Мишки на груди, а он спиной чувствовал пристальный взгляд Нинеи. Слышать его шепот волхва вряд ли могла, хотя кто ее знает…
– Ты, Красавушка, все правильно почувствовала, только это не страх был, а напряжение. Когда у человека что-нибудь не получается, или он с кем-то спорит, или еще из-за чего-то ему плохо, а виду показать нельзя, то у него внутри… как бы тетива натягивается – вот-вот лопнет. В это миг его лучше не трогать – дать время остыть, успокоиться. И уж тем более нельзя на него неожиданно наскакивать.
Когда такое напряжение срывается, ну, как бы тетива лопается, человек обязательно себя как-то нехорошо ведет. Женщины в слезы ударяются, бывает, что и с криком, с визгом. Чем-нибудь кидаются, что-то рвут, портят. Когда уж совсем край, то ногтями в рожу обидчику вцепляются, а если не обидчику, то тому, кто под руку попался.
Мужчины, когда срываются, не плачут, а ругаются скверно, кричат, норовят что-нибудь сломать, разбить или ударить кого-то, могут даже покалечить или убить. В общем, не владеет человек собой в такой миг. Потом самому стыдно, даже страшно, бывает, но так уж мы устроены, ничего не поделаешь…
Вот ты видела, как бабуля в землю посохом стучала, говорила сердито: «Это моя земля! Стоит мне только повелеть!»? Это и есть такой срыв, только бабуля собой хорошо владеть умеет, поэтому все не так сильно было. А когда ты ко мне неожиданно подкралась, и я тоже сорвался – подзатыльник тебе дал.
Все из-за того, что разговор у нас трудный был. Мне бабуле отказывать не хотелось, но и выполнить ее желание я не мог, а ей обязательно нужно было, чтобы я ее желание выполнил, но заставлять силой меня она не хотела. Оттого и напряжение – то, что ты почувствовала, но признаков страха не увидела. Понимаешь меня?
– Угу…
– Не обижаешься за подзатыльник?
Красава отрицательно помотала головой. Мишка выпрямился, взял Красаву за руку, повернулся к Нинее лицом:
– Прости, светлая боярыня, за то, что при тебе твою внучку поучать взялся, но такие уроки тоже нужны, настоящей учебы без них не бывает.
– Все правильно, Мишаня, и говорил ты все верно… почти.
– А что не так?
– То, что знаем только мы, а вам не дано… был бы ты девкой…
«Угу, как выразился Кутузов в “Гусарской балладе”: “А девкой был бы краше!”»
На лице Нинеи не было обычной улыбки, не улавливал Мишка на нем и отражения каких-то других эмоций, но почему-то был уверен: в мозгу Нинеи набатом бьется вопрос: «Кто ты, парень? Откуда ты такой взялся?»
* * *
– Стража! Встать!
Мишка за воспоминаниями даже не заметил, как прошел обед. Поднялся со своего места, вместе со всеми повернулся лицом в Красный угол.