Ничего такой экземплярчик. Плечи широченные, даже шире, чем у Торна, грудь и живот в тугих валиках мускулов. Красавец мужчина, впору даже комплексами обзавестись. Ноги вот только подкачали, ниже колен срастаясь в хвост наподобие дельфиньего, но покрытый мелкой, очень твердой чешуей. Торн увидел пропарывающие их глубокие царапины и ухмыльнулся – удар когтей пробил естественную защиту водяного без особого труда. Именно после этого тот и прекратил тупо затягивать жертву на глубину, что давало неплохие шансы на победу, и попытался контратаковать. Первый удар оказался довольно успешен, интересно только, чем водяной его наносил, когтями-то его природа не одарила. Скорее всего, ножом, человеческих поделок тритоны не чурались. Правда, оружия в пределах видимости не наблюдалось, что, в общем-то, и неудивительно. Уронил наверняка, потому что в правой руке удержать его не было никакой возможности.
Торн с удовлетворением посмотрел на дело рук своих. Все же удачно он поймал эту сволочь. За плечо, проткнув его когтями чуть пониже ключицы с двух сторон, насквозь, да так и волочил за собой. Боль, когда буквально вырывают кость и мышцы, должна ощущаться дикая. Неудивительно, что и нож бросил, и дергаться перестал. Только бы кровью не истек… раньше времени. Хотя нет, кровотечение уже прекратилось, тритоны славятся живучестью.
– Ну что? – преувеличенно бодро спросил Торн. – Будем приводить этого чудика в себя?
Ответа он почему-то не дождался. Пришлось повернуться. Зрелище оказалось незабываемым, хотя один раз сегодня он его уже видел. Кира стояла с лицом насыщенного красного цвета и хватала ртом воздух, то ли от возмущения, то ли еще от чего. Даже мокрая одежда не снижала ее накал. Надо же, а Торн думал, что аристократическая бледность на нем будет еще пару часов сохраняться. Вот только с чего она так побагровела?
Впрочем, загадка решалась просто, достаточно было проследить за взглядом девушки, направленным отнюдь не на оборотня. Торн проделал это нехитрое упражнение и сообразил, что причины краснеть девушка и впрямь имела. Тритон-то, хе-хе, был самец, что называется, в самом расцвете сил, а одежды этот народ традиционно не признавал. И если с русалками, сиречь особями женского полу, это выглядело, на взгляд Торна, вполне уместно, то с мужчинами… Ну, оборотню-то было плевать с крыши храма, а вот домашнюю девочку это в очередной раз шокировало. Ну и ладно, с легким злорадством подумал Торн, все еще не простивший ушибленную челюсть, и, оттащив водяного подальше от воды, чтобы не сбежал, упаси боги, принялся экстренно приводить его в чувство.