– Исполняйте, – вздохнул Чандлер, плеснул себе еще воды и в упор посмотрел на Мердока. – Занимайтесь только Кукольником. Остальные дела потом передадите.
– Так точно, – сдержанно откликнулся тот.
– Вот и ладно. – Чандлер залпом выпил воду и приказал: – А теперь выметайтесь. Работайте, Мердок! И надеюсь, вы стоите своей репутации!
– Постараюсь соответствовать. – Мердок вежливо наклонил голову и поднялся.
Под любопытствующими, злорадными и сочувствующими взглядами коллег мы прошагали к выходу.
Мердок учтиво открыл передо мной дверь (джентльмен!), и мы вышли.
Только оказавшись в коридоре, я обнаружила, что руки у меня дрожат. От взгляда Мердока это тоже не укрылось.
– Пойдемте! – велел он коротко и, не оборачиваясь, зашагал к своему кабинету.
За истекшие часы там ничего не изменилось: тот же флегматичный зомби в углу, та же, почти вызывающая, респектабельность обстановки…
– Курите, Стравински! – Мердок вручил мне тяжелую хрустальную пепельницу.
– Спасибо, – пробормотала я, пристраивая ее на столе рядом.
Неужели специально ради меня купил?! Наверное, боялся, что я испорчу то милое блюдце.
Я чиркнула спичкой, прикурила… и почувствовала, как понемногу отпускает.
А ведь все обошлось, можно сказать, малой кровью.
Сигарета помогла собраться с мыслями.
– Господин следователь, – начала я официально, затушив окурок, – разрешите обратиться?
Он бросил на меня взгляд и кивнул:
– Излагайте, домовой!
Ужасно подмывало спросить, почему он за меня заступился (похоже, этого-то вопроса Мердок и ждал), но глупостей на сегодня хватит.
– У меня приказ везде следовать за вами, – тщательно подбирая слова, произнесла я. – Я обязана подчиниться. Но я должна разобраться в этой истории с пропажей мадам Цацуевой. Как минимум узнать, почему вдруг я оказалась к этому причастна!
Мердок на меня не смотрел.
– И вы просите меня… в нужный момент отвернуться, скажем так?
– Да. – Я сглотнула горькую слюну и выговорила решительно: – Пожалуйста!
Он подумал несколько мгновений и медленно покачал головой:
– Сожалею, Стравински, однако я не могу…
Речь (в которой наверняка говорилось бы о долге и чести) прервал грохот.
Мы дружно подскочили и обернулись.
Сконфуженный зомби переминался с ноги на ногу у перевернутой вешалки. Пришлось срочно ликвидировать беспорядок. Хотя что там того беспорядка? Пол в кабинете чистый, так что запасной пиджак не пострадал.
Но Мердок поднял свою одежку с таким видом, словно она безнадежна испорчена. Аккуратно сложил, подошел к столу и что-то пометил в ежедневнике.
Я тихонько скосила глаза.
«Пиджак. Химчистка» – гласила лаконичная запись.