Аркаша пошёл сквозь снег — бороться за Генри?
В чьём стане они с Аркашей? Властителей или жертв?
Аркаша, как и она, почувствовал, что снег велит им остановиться, задуматься. Он задумался, и ему, видимо, стало не по себе. Собой он хочет расплатиться за то дурное, что сделали или хотят сделать другие. Он ощущает то же, что она. Он пошёл и за неё получить искупление. Он поможет Генри! А она… должна успокоиться, потому что она носит под сердцем Аркашиного ребёнка и должна выносить его.
Она кладёт руки на живот, уговаривает себя: «Всё будет хорошо! Всё обязательно будет хорошо! Аркаша поможет Генри».
Генри прав. Нужно повторять и повторять: «Всё будет хорошо!» Она и в самом деле успокаивается. И открывает учебник английского языка — Игорь задал им урок.
Звонит телефон.
— Сам дома? — спрашивает Митяй своим вьющимся голосом.
— Вышел к соседу, — врёт Юля.
— Не знал, что он водится с соседями. Хочешь последнюю новость? Я решил поменять жену. Надоело жить со старухой из сказки «Золотая рыбка».
— У тебя есть новая на примете?
— Не то чтобы она — «новая». Нет, она не новая моя знакомая, а плохо знакомая старая. Что ты скажешь об Ирке?
— Ты решил на ней жениться?
Митяй захохотал:
— Да она и во сне такого счастья увидеть не может! Я советуюсь с тобой, как с представителем вражеского лагеря. Ещё нужно будет выдержать бракоразводный процесс. Знаешь мою супружницу, заглотнёт живьём. Правда, с другой стороны, детей нет. Может, оставит мне на хлеб и воду?
— Разве она имеет право претендовать на деньги фирмы? Все же твои деньги — в фирме, а не в банковских счетах, правда?
Митяй захохотал.
— Насколько я знаю, ты не можешь положить деньги на свою книжку… придётся платить большие налоги. Я что-то путаю? А если деньги не на книжке, как она может претендовать на них?
— Грамотная девочка. Уважаю. Без году неделя кантуешься в городе, а уже, смотри, вникла. Слушай, голубка, а не хочешь ли ты замуж за меня пойти? Я ведь тебя с ребёнком возьму! Насчёт Ирки… Это я крючок закинул с наживкой. Я, собственно, если когда и женюсь, то только на тебе. Ирка стерва хорошая. А зачем мне, сама подумай, менять одну стерву на другую?
— Во-первых, Ира не стерва, — быстро, смазывая буквы, произнесла Юля слово, покоробившее её. — Во-вторых, она не пойдёт за тебя. Что хохочешь? Она другого любит.
— Аркашку, что ли, она, как ты выражаешься, любит? К твоему сведению, любит она только бабки. Это деньги так называются в просторечье. Она думала, Аркашка — босс, у него их побольше. А того дура не знает, что у нас всё поровну. Сечёшь, поровну?