— Они умирали, Эль! Сходили с ума, борясь со своим даром за существование.
Я отшатнулась и запаниковала. Похожая реакция была и у Эльвиры.
«Эй! Я жить хочу! — завопила она. — А как же мое светлое будущее в роли герцогини Нейтральных земель?!»
Я аж закашлялась.
«Уж лучше в психушку! Эльвира, ты можешь и дальше мечтать о чем угодно, но это тело мое. А я к Эридану, если ты не заметила, дышу крайне холодно!»
«Значит, запремся в монастыре! Потому что житья с кем-то другим я тебе не дам!» — выставила она ультиматум.
— Эля, ты почему молчишь? — выдернул меня из мыслей герцог.
— Ну могу поплакать, — саркастично предложила я. — Чем еще мне заниматься, если я узнала, что медленно съезжаю с катушек из-за своего дара. Самое дурацкое, что мы с Эльвирой даже договориться не можем, вот как тут ясность ума сохранить?
— Если верить хроникам, то все начиналось именно с таких симптомов. Провидцы спорили сами с собой, назывались другими именами, а дальше все становилось еще хуже.
Отличная перспектива, я вскочила с кресла и принялась измерять комнату шагами.
— Возможно, есть способ договориться с твоим даром? — предложил Эридан. — Вот чего она от тебя хочет?
Мне захотелось заорать и затопать ногами.
— Чего хочет? — выплюнула я и сорвалась на гневное шипение. — Вас она хочет! Любит до умопомрачения, и мое тело бы ей не помешало.
От удивления живой глаз герцога округлился.
— Да-да! Вы не ослышались, — продолжала я. — Эльвирка в вас влюбилась. И на тот поцелуй с вами она меня подбила!
Мое откровение стало для герцога шоком. А ведь действительно, все из-за него началось. Не накинься он на меня тогда в коридоре под действием дурацкого зелья, дар, возможно, и не пробудился так рано. Это ведь действия Эридана спровоцировали мой шок и стресс, так что пусть теперь тоже последствия расхлебывает.
— Что же вы молчите? — остановившись, потребовала ответа я. — Не рады еще одной поклоннице?
— Скорее растерян.
Отличное признание. Я плюхнулась обратно в кресло, согнав оттуда белоснежного Пушистика. Шустрый кот уже умудрился свернуться там калачиком и начать вылизывать лапу. Фердинандский любимчик сделал вид, что обиделся, мяукнул и ретировался под стол.
— Может, есть способы избавиться от дара? — озвучила я давно вертевшуюся в голове мысль.
Эльвира от подобного завопила, но я ее проигнорировала.
Герцог же призадумался. На долгое время повисло тягостное молчание, разбавляемое лишь голосом шизы:
«Вот, значит, как? А я тебя подругой считала! Помогала, чем могла, а ты избавиться от меня решила?!»
«Ну, знаешь ли, помирать тоже неохота! — наконец удостоила ее вниманием я. — Просто других выходов не вижу!»