Тайны столичных предместий (Герасимов) - страница 4

«Нет, — сказал я тогда себе. — Так дело не пойдет, дружище Донал, слишком рано ты расслабился. Конкурентов более чем достаточно, так что держи себя в форме, а то можешь вернуться к тому, с чего начал – к нищете. И ладно, если голодать станешь ты сам, но у тебя есть престарелая мать и младшие сестры. Ради них – не ради себя, — тебе нужно и должно стать обеспеченным, независящим ни от кого человеком».

Впрочем, эти здравые размышления не помешали мне с аппетитом отужинать в вагоне-ресторане, попутно отметив про себя, что в том же дилижансе я едва ли смог бы употребить хотя бы сэндвич, без риска откусить себе язык.

Остаток времени перед сном я, вернувшись к себе в купе, провел листая журнал «Аэронавтика». Ничего кроме кривой ухмылки напечатанное в нем у меня не вызывало.

Как по мне, так у наших ученых мужей какое-то разжижение мозга происходит, когда дело доходит до управляемых полетов. Подумать только, на трех страницах всерьез рассуждать о преимуществах того или иного вида парового двигателя для проектируемых дирижаблей! Даже я, человек от науки безумно далекий, понимаю, что с этой громадиной под гондолой воздушное судно либо не будет иметь достаточной подъемной тяги, либо станет парусить под ветром, постоянно сбиваясь с курса, либо же не будет иметь достаточной мощности для управляемого, в прямом смысле этого слова, полета. Нет, тут нужен принципиально иной движитель. Нынче много чего изобретают – недаром девятнадцатый век гордо именуют «Веком прогресса», — может и его изобретут при моей жизни. Или же маги что-то подскажут, как бы мало их не было – настоящих, одаренных даром людей, а не жалких шарлатанов, только и умеющих что зубы заговаривать. Удалось же доктору Уоткинсу совместить методы гуронского шаманизма и современной фармакологии, когда он отравленного Вилька реанимировал, а технарям что подобным образом поступить не позволяет?

Гордыня, пожалуй. Как это, им, просвещенным людям, к каким-то замшелым косным колдунам за советом обращаться? Да как можно-с?!!

Ну и Бог им судья – еще полвека одни провозятся, пока сами полетят. А то и дольше!

Так вот, примерно, размышляя, я и заснул под перестук колес по рельсам.

Рано утречком, солнце еще только едва показалось из-за горизонта, я был разбужен кондуктором, сообщившим, что мы прибываем к станции «Комарин» уже через три четверти часа, и что стоянка там продлится всего четыре минуты – время, абсолютно недостаточное, чтобы я успел управиться со своим багажом.

Ожидая пробыть в поместье О'Раа не менее трех недель, я прихватил с собой пару габаритных чемоданов с платьями, саквояж с разнообразной дорожной мелочью, мольберт (где бы я его тут взял, спрашивается?), холсты в нескольких тубусах – если, как утверждает мистер Вильк, его «захолустье» ныне действительно хорошо, то можно бы и пару пейзажей написать, — а также чемоданчик с кистями, красками, карандашами и всем прочим, что потребно в моем ремесле. Загрузка всего этого в вагон, даже и при помощи носильщика, заняла времени несколько больше, чем предполагалось простоять в пункте моего назначения. Задерживать же состав из-за меня никто не станет.