Этого не могло быть. Какое-то безумие… За что они все сражаются? Вероника закрыла лицо руками, боясь вновь увидеть чью-то смерть.
Нет, только не это. Пожалуйста, прекратите. Пожалуйста…
– Видишь, к чему всё это привело, – послышался холодный голос Деланея. – Хорошо, что обычные жители успели уехать из города. Это просто бойня, на которой не может быть победителей.
– Останови это, – прошептала Вероника.
– Как? Они не слышат меня. Они не слышат никого, кроме себя. Остаётся надежда только на отца, но он не торопится…
Бог тьмы замолчал. Вероника выждала несколько мгновений, но он, по-видимому, не собирался продолжать. Она опустила руки и нерешительно взглянула на Деланея. Тот не сводил взгляда с хрустального шара, и Вероника тоже посмотрела туда.
На стеклянной поверхности отражалась главная площадь. Похоже, все противники собрались там. Дождь прекратился, ветер стих, торнадо на горизонте видно не было. В центре, посреди вспоротого неведомыми силами асфальта и разломанных деревьев, стояли трое. Санни, Элиот и невысокий худой старичок в белом одеянии, державший их за руки.
– Не могу поверить, – изумлённо прошептал Деланей. – Он всё-таки явился!
Бог тьмы поднял взгляд. Его глаза светились синим, губы скривила безумная ухмылка, и Вероника инстинктивно вжалась в спинку дивана. Вот о чём говорил «Кайл», когда говорил, что Деланей однажды изменился. Сейчас он не был похож сам на себя.
– Идём, милая, – бог тьмы протянул руку. В его голосе слышались нотки плохо скрываемого торжества. – Теперь мы вместе сможем заново построить этот мир, таким, каким он должен быть.
Чутьё беспрестанно подавало сигналы. Если бы это можно было услышать, звук походил бы на сирену воздушной тревоги. Нельзя, нельзя было следовать за богом тьмы, ни в коем случае. Это не он, говорило чутьё. Неужели ты не видишь, что это не он? Не настоящий?
Вижу, сама себе ответила Вероника. Но другого пути остановить его у меня нет.
Она протянула руку и взялась за ладонь отца.
Окружающее пространство покачнулось, завертелось буйство красок. Миг спустя всё кончилось. Отец и дочь стояли в квартале от площади. В городе царила мёртвая, неестественная тишина, которую нарушал лишь звук незнакомого голоса. Говорил кто-то на площади, но слов было не разобрать.
– Мне нужно сделать вид, что я всё это время был здесь, – прошептал Деланей и выпустил руку Вероники. – Я пойду вперёд. Жду тебя через две минуты.
Волнение захлестнуло с головой, казалось, ещё чуть-чуть – и Вероника задохнётся. Она кивнула. Деланей быстро зашагал к площади.
Реальность возвращалась тяжело. Сиири даже не стала открывать глаза, только прислушалась к своему телу. Не было ни ран, ни серьёзных повреждений, мелкие ссадины не в счёт. Похоже, её поразили Даром, но убить не хотели. Тогда не страшно.