Он напрягся, удерживаясь на руках, его взгляд тщательно прошелся по моей одежде. Его губы дрогнули.
— Ты действительно думала, что замок на балконной двери остановит меня?
Оставайся сильной. Не сдавайся.
— Послушай, у нас есть другие темы для разговоров.
— Ты права. Мы много, о чем можем поговорить.
Потянувшись назад, он сорвал свою рубашку через голову.
Мой рот наполнился слюной при виде его накаченной груди… его кубиков пресса.
— Верни рубашку на место. — Это прозвучало не слишком убедительно, ни в малейшей мере.
Он пристально посмотрел в мои глаза и щелкнул языком.
— Глупая девочка. Ты станешь причиной моей смерти. Ты знаешь это?
Он наклонился ниже, приблизив свой рот, чтобы я услышала его шепот. Его теплый, елейный запах окутал меня. — Поговорим позже. Сейчас только секс.
Когда он поцеловал меня, я ответила на поцелуй. Я забыла, что хотела сказать ему, забыла обо всем на свете, остался только этот мужчина и его грешные губы. Не прерывая нашего поцелуя, он снимал мою одежду и оружие, словно я была настолько глупа, чтобы одеть его. Я сорвала с него штаны, желая — отчаянно нуждаясь — в контакте кожа-к-коже. Его жесткость против моей мягкости. Больше ничего не имело значения. Я могла бы ненавидеть себя за это позже, но не сейчас. Я помнила насколько хорошо он ощущался глубоко внутри меня и жаждала этого снова.
Я знала, как звучит мое имя на его губах, когда он достигает пика удовольствия.
И я хотела услышать его снова.
— Не царапай меня в этот раз. — Хрипло прошептал он мне в губы. Он встал, поднимая меня на руки и бросил на кровать. Я подскочила на матрасе, приземляясь. В следующий момент он уже был рядом.
— Вот так-то лучше.
— Почему ты еще разговариваешь? — Я потянула его на себя. Он обрушился на меня всем своим весом.
Я сжала его длинный, толстый член между ног и потерлась об него, уже готовая, уже такая мокрая. Трение почти заставило меня унестись подобно ракете. Мой медовый аромат смешался с его сосновым, заполняя пространство.
Когда Люциус замер, я легко укусила его за подбородок, шею, и он прищурился. Отстранившись, поймал мой взгляд и медленно улыбнулся.
— Ты пахнешь медом, когда возбуждена.
Я замерла. Не отрицала его догадку, но и не согласилась.
Его улыбка стала еще шире.
— Я, возможно, и тормоз, но наконец-то выяснил это. В тот день в тренажерном зале…
— И что? — Резко прервала я его, краснея.
— Признай это, малышка. — Он рассмеялся весело и искренне. — Я завел тебя тогда и завожу сейчас.
Его мужское самодовольство раздражало меня. Я прищурилась и соблазнительно облизнулась.