Сесилию, с пылающими щеками ускользнувшую от внимания его высочества (поскольку она ненавидела преувеличенные и льстивые комплименты), перехватил мистер Фэнхоуп, который заявил ей с потрясающей прямотой:
– Сегодня вечером вы выглядите красивее, чем я мог вообразить!
– О нет! – машинально воскликнула она. – В зале невыносимо душно!
– Вы раскраснелись, но это вам к лицу. Позвольте проводить вас на балкон.
Она не стала возражать, хотя балконом громко именовался крошечный выступ, протянувшийся вдоль каждого из двенадцати длинных окон бального зала, огражденный низенькой железной решеткой. Мистер Фэнхоуп раздвинул тяжелые занавески, закрывавшие окно в дальнем конце комнаты, и Сесилия прошла в небольшую нишу. После недолгой борьбы с задвижками мистер Фэнхоуп сумел открыть двойное окно, и она ступила на узкий выступ. Прохладный ветерок обдал ее пылающие щеки, и девушка воскликнула:
– О, какая чудная ночь! Звезды!
– Вечерняя звезда, предвестница любви! – процитировал мистер Фэнхоуп, рассеянно оглядывая небо.
Но вскоре эта идиллия была грубо прервана. Мистер Ривенхолл, заметив, что молодая парочка уединилась, последовал за ними и вышел на балкон, резко бросив при этом:
– Сесилия, ты окончательно забыла о приличиях? Немедленно возвращайся в зал!
Вздрогнув от неожиданности, Сесилия быстро обернулась. Изрядно взволнованная неожиданным столкновением с лордом Чарлбери, она не сумела сдержать гнев.
– Как ты смеешь, Чарльз? – воскликнула она дрожащим голосом. – Что неприличного я совершила, выйдя на свежий воздух в обществе своего будущего супруга?
С этими словами она взяла мистера Фэнхоупа за руку и, гордо вздернув подбородок, с вызовом уставилась на брата. Ее щеки вновь заполыхали жарким румянцем. Лорд Чарлбери, одной рукой отодвинув портьеру, замер в полной неподвижности, настолько же смертельно бледный, насколько она была раскрасневшейся, и в упор смотрел на нее.
– О! – вскричала Сесилия, вырывая руку у мистера Фэнхоупа, чтобы прижать ее к пылающей щеке.
– Могу ли я узнать, Сесилия, правда ли то, что вы только что сказали? – осведомился его светлость, и в его хорошо поставленном голосе не прозвучало ни тени охвативших его чувств.
– Да! – пробормотала она.
– Дьявол меня раздери, нет! – взорвался мистер Ривенхолл.
– В таком случае позвольте вас поздравить, – с поклоном сказал лорд Чарлбери. Он отпустил тяжелую портьеру и зашагал по направлению к выходу.
Софи, уже собравшаяся присоединиться к майору Квинтону в образовавшемся оживленном кружке, извинилась перед партнером, покинула его и догнала его светлость в передней.