– Итак – спустя полчаса все-таки сказал я – Пусть с опозданием, но мы все-таки побеседуем о том, как нам не растерять уже имеющуюся аудиторию и как привлечь новую. Идеи есть?
– Как не быть – бодро сказал Самошников – Мы с Генкой предлагаем забабахать новый конкурс какой-нибудь.
– Свежо и оригинально – язвительно заметила Вика – А то у нас их мало.
– Отвергая – предлагай – реплика была у меня давно наготове, я от нее ничего другого и не ждал – У тебя есть что-то конструктивное?
Вика с недовольством посмотрела на меня.
– Мне некогда выдумывать новое – сказала она, напирая на слово «некогда» – На мне весь еженедельник, если ты забыл. Кому-то ведь надо сводить материалы, редактировать их, делать макет, подписывать его в печать, общаться с типографией. Креатив хорош для тех, у кого на это время есть. У меня его нет.
– Возразить нечего – признал я – Убедительно. Ну, тогда мы тебя задерживать не станем, иди, занимайся этими действительно важными делами, чего тебе с нами сидеть, время терять? Правильно, народ?
В моем голосе не было ни капли иронии, в данном случае я был вполне серьезен. Я на самом деле так думал.
– Правильно-правильно – поддержала меня Таша, немного тем удивив.
Стройников с Самошниковым тоже кивнули, и даже Петрович помахал лапой из своего угла – мол, идите себе, Виктория Евгеньевна, не задерживайтесь. Вам – административное, нам – творческое.
– Отлично – щеки Вики вспыхнули как маки, она буквально метнулась в мой кабинет, хлопнув дверью.
– Невиданное дело – но соглашусь с Викторией Евгеньевной – Шелестова похлопала меня по плечу – Отлично было сказано, после таких слов много всего интересного может воспоследовать. С другой стороны – вы еще не супруги, так что даже в ЗАГС идти не надо и вещи делить не придется.
Вот как странно случается – иногда весь упреешь, пытаясь собеседника разозлить, все данные тебе природой запасы сарказма и иронии изведешь – и результат нулевой. А тут – правду сказал и ничего, кроме нее, сермяжной, и на тебе – смертная обида со всеми из нее вытекающими. Да ну, ерунда какая-то…
– Плачет вроде – насторожилась Ксюша – Надо бы пойти, наверное, успокоить.
– Сиди уже – одернула ее Шелестова – Это Виктория, тот кто ее в слезах и соплях увидит, тот завтра отсюда по статье вылетит, если до этого завтра вообще доживет. Даже если это ее подруга, которой она создаёт наиболее благоприятный режим существования.
– Ничего она мне не создает – пискнула Ксюша, опасливо глянув на меня.
Сотрудники почти все заулыбались, но это были именно улыбки, а не кривые ухмылки из серии: «Ага, рассказывай нам». Судя по всему, это безобидное создание, я имею в виду Ксюшу, само не понимало, что живет у Вики за пазухой.