– Не подлизывайся, – сказал папа. Успокоившись, что ревновать не к кому, он вернулся к той теме, которая его взрывала. – Я все понял. Понял! Ты на режим бесплатно работаешь. Ты будешь гэбисткой! Ты предала отца. Всё, пока! – Папа повернулся и пошел прочь.
Я была уверена, что он шутит. Пошла за ним.
Папа повернулся и изо всей силы махнул на меня рукой:
– Не ходи за мной! Всё!
Для верности он еще поддал прелые листья ногой, неудачно, листья вверх не полетели, зато папа сильно ударил ногу, рассердился от этого неимоверно. Поскольку к тому времени он уже был зол на весь мир, последняя капля была лишней. Папа вскрикнул: «А!» Еще раз: «А!» Погрозил мне кулаком, погрозил двумя кулаками, прокричал что-то нечленораздельное и ушел. Думаю, ему было так плохо не из-за его волюнтаристских настроений, а просто стыдно, что он так себя вел. И это замкнутый круг, особенно у мальчиков. Наорал – разозлился, что наорал. От этого наорал еще сильнее – и еще больше разозлился на того, на кого только что орал…
– Пап!.. – негромко позвала я.
Иногда это действует. Человек слышит не из-за громкости твоего голоса, а из-за того, насколько сильно ты хочешь, чтобы он обернулся и услышал тебя.
Я так хотела, чтобы папа перестал дурить и обернулся. Но он шел вперед, упрямо наклонив голову, запихнув руки в карманы расстегнутой куртки. И, конечно, не оборачивался.
Я немного подождала и пошла прочь. Очень трудно, когда родители – твои взрослые, умные, сильные, вполне здоровые родители – капризничают, как дети.
Когда я пришла домой, мама сидела у компьютера, задумчиво подперев рукой голову, и что-то сосредоточенно читала.
– Погуляли? – спросила она.
– Погуляли, – нейтрально ответила я.
Мама больше ничего не спросила, только глубоко вздохнула. Помолчала и тихо произнесла:
– Тут вот такие дела… Твой дедушка сильно заболел.
– Дедушка?..
Я подумала, что она говорит о папином отце, который живет в другом городе. Я его видела один раз, давно. И мама никогда не называет его дедушкой, только по имени-отчеству.
– Да… – горестно кивнула мама.
– Какой дедушка, мам?
– Дедушка Коля.
– Мам… Ты хорошо себя чувствуешь? – Я подошла поближе к маме. – У меня разве есть дедушка Коля?
Уже спрашивая, я вспомнила наш недавний разговор и старую фотографию, которую случайно нашла в пакете. Мама кивнула.
– Он в Австрии живет, ты говорила?
– Нет, получается, не в Австрии. В Финляндии.
– Здорово…
Мама обернулась на меня.
– Какая же ты глупая, Сашенька! Что тут здорового?
Я пожала плечами.
– А что плохого? Лучше бы, если бы он жил в Эквадоре?
– Нет… – покачала головой мама. – Тогда нам, чтобы купить билет, пришлось бы продать… – Мама задумалась, окинула взглядом кухню, гостиную, меня… – Вот, к примеру, Робеспьера… – неуверенно проговорила она.