Закончив, он закрыл дневник. Завтра, если получится, он хотел найти еще угля и продолжить работу. Даже если он не сможет выбраться из гоблинского города, надо было найти способ передать дневник в Рассветные Пустоши.
И тут сквозь щель в стене до Вика донесся шепот. Тон был холодный и вежливый, это был голос человека, привыкшего командовать.
– Что это ты там делаешь?
Удивленный Вик попятился. Сквозь щель он увидел в тени у стены человека среднего роста, одетого в черное.
– Н-ничего, – выговорил Вик, заикаясь. Сердце его отчаянно застучало.
– Нет, делаешь, – обвиняющим тоном сказал человек в черном. Он просунул сквозь щель руку в перчатке. Из-под капюшона плаща виднелось его длинное изящное лицо с тонким носом. На глубоко посаженные черные глаза падала темная челка. Верхнюю губу и подбородок скрывали коротко подстриженные усики и бородка. – Ты рисовал. Я видел!
Вик ничего не ответил и отступил еще на шаг назад. Наверху по железу зазвенели шаги гоблинов.
– Стой, идиот, – прошептал человек в черном. Его слова прозвучали как команда, и Вик замер.
– Двинешься дальше, – сказал человек в черном, – и тебя обязательно заметят громилы на стене.
Вик невольно попытался определить его акцент. Вообще-то библиотекарей этому учили, но сейчас у Вика ничего не получалось.
Человек в черном улыбнулся, показав очень белые зубы.
– Ни ты, ни я этого не хотим так ведь?
– Не хотим, – нервно согласится Вик.
– Гоблины ведь не знают, что у тебя есть альбом? – спросил человек в черном.
Вик не ответил, крепче прижимая к себе дневник.
– Конечно не знают, – довольно улыбнулся человек в черном. – У тебя есть секрет!
Вик молчал. Он видел, что по улице за спиной человека в черном едет фургон с дровами, приближаясь к тому месту, где стоял незнакомец. Прикрепленный к фургону горящий факел отчасти разогнал тени на улице.
Человек в черном двигался быстро и с почти кошачьим изяществом. Хотя факел и стирал тень, освещая улицу, человек растаял где-то в оставшейся темноте. Когда фургон проехал, он снова просунул руку в щель.
– Я люблю секреты, – сказал он, и его черные глаза загорелись. – Особенно чужие. – Он посмотрел на книгу у Вика в руках. – Хочешь рассказать мне свой секрет?
– Нет у меня никаких секретов, – ответил Вик. Человек в черном снова улыбнулся.
– И ложь я тоже люблю, мой маленький друг. Ложь напоминает секрет в запертой шкатулке. Если внимательно прислушиваться к тому, как кто-то лжет, то научишься добывать секреты вне зависимости от того, насколько крепко другие за них держатся.
Вика охватил ужас.