Женщина ловко поймала в маленькие ладони брошенный Сэмом пистолет и осторожно шагнула вперед. Двери обоих залов располагались перпендикулярно друг другу, что давало ей прикрытие от засевших в красной комнате преследователей. Слегка высунувшись из-за угла, она прицелилась. Грохнули два выстрела.
Зазвенело стекло очередной разбитой витрины.
Коллинз рискнул выглянуть. Один из бандитов метнулся на другой край комнаты и, пока он бежал к другой витрине, женщина снова попыталась его подстрелить.
Происходящее напоминало Сэму сон.
Где же охрана?
Где полиция?
Неожиданно Малоун вспомнил планировку музея — и похолодел. Вот это он влип! Впереди ведь тупик — крохотная молельня с одной-единственной дверью!
Он забежал в пустую комнатку размером двадцать на тридцать футов. Черт! Даже спрятаться негде. По центру высилась колонна, упирающаяся в нервюрный свод, ребра которого расходились в стороны, точно пальмовые листья. Однако Малоуну было не до красот «пламенеющего» готического стиля.
В руках он сжимал меч. Только что им сделаешь против пистолета?
Думай же, думай!
Действий женщины Коллинз не понимал. Она начала драку сама — и закончить ее намеревалась, видимо, тоже сама.
Своды музея огласили еще два выстрела, однако стреляли не в Сэма и его подругу по несчастью.
Коллинз рискнул выглянуть: один из бандитов палил из-за целой витрины в противоположную сторону, явно отбиваясь от кого-то еще.
Женщина тоже это заметила.
Их противник попал под перекрестный огонь, но опасность сзади беспокоила его куда больше, чем прячущаяся на лестнице пара. Выждав удобный момент, женщина снова выстрелила.
Бандит кинулся в укрытие, но добежать до него не успел: следующая пуля попала ему в грудь. Вскрикнув от боли, он странно пошатнулся, дернулся — и рухнул на пол.
Малоун подобрался. По спине от страха бежали мурашки. Оставалось только надеяться, что преследователь подбирается к молельне осторожно, не торопясь: ему ведь неизвестно, что внутри, а вход открытый. При некотором везении меч позволил бы выгадать несколько секунд, но в целом ситуация складывалась ужасная — обычное, в общем-то, дело, если замешан Торвальдсен.
— Стоять! — крикнул снаружи мужской голос.
Тишина.
— Я сказал, стоять!
Прогрохотал выстрел.
Следом послышался глухой стук ударившегося о пол тела. Неужели подтянулась полиция? Или, может, зашевелилась музейная охрана?
— Мистер Малоун, я его уложил! Путь свободен.
Ну уж нет, не так все просто… Бесшумно подобравшись к дверному проему, Малоун осторожно выглянул в коридор. На полу вниз лицом лежал крепыш, под ним расплывалась кровавая лужа. Чуть поодаль стоял, расставив ноги, мужчина в темном костюме, в руках у него чернел полуавтоматический пистолет «ЗИГ-Зауэр» калибра.357. Коттон отметил короткую стрижку, жесткий взгляд, спортивное телосложение и чистый, по-южному слегка гнусавый выговор.