Скучающий охранник у входа немного удивленно уставился на мятно-зеленую пони, в одиночестве идущую в клуб. Не то чтобы это было удивительно само по себе — многим синтетам нравилось подобное времяпровождение. Просто эта поняша больше всего напоминала сбежавшую от воспитателей гимназистку из Белого города: строгий костюм, аккуратная прическа, широко распахнутые наивные глаза, ни следа косметики на мордочке…
— Добрый вечер, сэр, могу я войти? — поинтересовалась она, немного склонив голову на бок.
Охранник, на груди которого красовался бейдж с именем «Джек», преодолел удивление и провел над головой пони сканером. Тот мигнул синим индикатором — метка была в порядке, пони не была ни свободной, ни просто бесхозной.
— Где твой хозяин, поняша? — не удержался Джек, — Внутри?
— Нет, — немного смутилась единорожка, — мой… друг не знает, что я здесь.
Человек улыбнулся и шутливо погрозил пальцем:
— Ты непослушная пони, раз без спросу ходишь в такие места. На его месте я бы тебе всыпал хорошенько, если бы узнал.
Лира, у которой екнуло сердце после первых слов Джека, еле сдержалась, чтобы не отступить назад.
«Вик ни за что не ударил бы меня», — хотела она возразить, но сказала совсем другое:
— Так я могу войти?
— О, конечно, — Джек посторонился, — давай. Сегодня Рейнбоу гуляет… опять. Веселись.
— Спасибо, сэр, — пропела девичьим голоском единорожка и радостно зацокала внутрь, телекинезом сдвинув дверь-вертушку.
Джек усмехнулся.
Создавалось впечатление, что эта пони сама не знала, куда идет…
…Быстро миновав небольшой холл, Лира Хартстрингс оказалась в просторном зале, залитом неровным светом перемигивающихся огней.
Центр занимало круглое углубление, а прямо над ним на возвышении располагалась сцена, скалой нависающая и над залом, и над глубокой ямой, напоминающей цирковой манеж.
Все остальное свободное пространство, имеющее форму подковы, занимали столики и диваны, разделенные невысокими перегородками на уютные закутки. Вообще, «Пони-Плей» казался куда крупнее «Маяка», и народу здесь было явно больше. Как пони, так и людей.
Но главное различие было не в этом.
Лире стало немного не по себе, когда она увидела первую пони-официантку. Синяя единорожка с белой гривой быстро прошла мимо, неся в сиянии магии поднос с пятью пенными кружками. Одета пони была в высокие черные носочки с вышитыми звездами и довольно легкомысленную сбруйку, оставляющую для воображения совсем немного места. Круп прикрывала короткая юбочка, задираемая хвостом, и скрывающая разве что кьютимарку.
Лира, быстро свыкшаяся с обычаями людей, подумала, что показаться в таком виде в мире, где принято всегда одеваться, лично она посчитала бы не слишком приличным.