Сашеньке показалось это смешным, и она прыснула.
— А кто смеется, тот последний! — неожиданно сердито заявила Клава, истолковав по-своему очередную поговорку.
— Я могу и на кухне поесть, — угрюмо сказал Гоша.
Даша не успела и рта раскрыть, как воинственно настроенная Клава обернулась к ней:
— Вот когда меня похоронишь, тогда и корми своего мужа на кухне!
— Я тоже буду ужинать на кухне вместе с папой, — поставила точку в этом споре Сашенька.
— А, ладно, делайте, как знаете, — бросила Даша и прошествовала в столовую. За ней Клава и все остальные.
Клава с видом победительницы поставила на стол пять приборов.
— У нас на ужин котлеты и пхали из шпината. Садитесь, не стойте, как сванские башни. Я сейчас вернусь. — Она быстро прошла на кухню, вернулась с бутылкой «Мукузани», водрузила ее в центре стола, извлекла из горки четыре бокала и расставила их.
Когда все дружно приступили к трапезе, смакуя и нахваливая Клавину готовку, она неожиданно торжественно объявила:
— У меня есть разговор.
За столом перестали жевать.
— Вы кушайте, кушайте, а я буду говорить, пока вы все здесь вместе, — Клава посмотрела на удивленную Катю и добавила: — Екатерина Викторовна тоже свой человек. — Потом обратилась к Гоше: — А ты что сидишь без дела? Между прочим, вино мужчина должен наливать.
— Какой у тебя разговор? — не вытерпела Даша. — Ты можешь наконец начать?
— Начну, генацвале, начну, ты только хорошо послушай. Вот, я смотрю, — Клава обвела рукой столовую, — красивая Комната, интерьер называется. А кто делал?
— Ну Гошка, не я же, — пробурчала Даша.
— А мастерскую кто так красиво деревяшками и всякими штучками устроил?
— К чему это ты, Клава? Сама знаешь, я своими руками все стены вагонкой обшил, — напомнил Гоша.
— Правильно говоришь, своими руками. Дачу тоже своими руками строил, да?
— Ладно тебе, старая, там рабочие полгода вкалывали, — Гоша никак не мог понять, к чему она клонит.
— Рабочие полгода пили. Я столько бутылок только в приемном пункте стеклотары видела. А по-настоящему вкалывал ты и красоту еще делал, цветы садил.
— Ну и что ты этим хочешь сказать? — опять не утерпела Даша.
— Я хочу сказать, что теперь все олигархами стали, а любой олигарх, какой-никакой, желает красиво жить. Денег у них много, жены красивые, потому что прежним, некрасивым, отставку дали. Теперь сами подумайте, разве может простой рабочий сделать такую красоту, как Гоша? Клянусь мамой, — никогда! Вот когда я в своей деревне старый дом в божеский вид приводила, на всю округу были две хромых старухи да один мужик, и то всегда пьяный. А теперь посмотри — кругом дворцы строят! Нужен им человек? — задала она риторический вопрос и сама же ответила: — Еще как нужен.