— Как думаешь, Хью, сколько они продержались? — задумчиво проговорил Саргон, принимая кувшин со свежим молоком у хозяйки одного из домов.
— Уверен, что сбежали, как только мы пропали из виду, — хмыкнул Эверет и, скривившись, закашлялся. — Какого ярна?! Молоко кислое…
— Да быть такого не может! — возмутилась хозяйка. — Ему и получаса нет!
Хью обтер лицо рукавом и нахмурился, обводя взглядом окрестности. Погода портилась, хоть и не должна была. Кроме того, чутье еще ни разу не подводило его. Ну, кроме того случая, когда проигрался в карты Саргону…
— Хью, чуешь что-то? — настороженно спросил ректор, отставляя кувшин.
— Скорее, не чую того, что должен, Элазар, — мрачно отозвался маг и отошел от дома, выходя на центральную дорогу деревни. — Птицы молчат. Недобрый знак.
— Ты прав, — нахмурил белые брови ректор.
Саргон пошел вслед за товарищем, останавливаясь на пыльной дороге и глядя туда, где темнела старая каменная арка, считавшаяся началом деревни. Ректор потянул носом воздух, ощущая, как тот стал противно сырым. Он пах бедой. Словно озвучивая его мысли, раздался крик. Один из местных жителей бросил свою телегу неподалеку от арки и, продолжая громко кричать, побежал в сторону деревни.
— Угдай! Угдай!
Хриплый звук горна возвестил о приближающейся опасности. Деревня немедленно пришла в движение. Не ожидая, пока неведомый враг настигнет их, привыкшие к частой опасности ворке разбегались кто куда, хватая детей и заставляя двух гостей гадать, что было тому виной.
Туман шел на деревню, он сгущался, клубился, заставлял увядать цветы и прятаться солнце. Затем протяжный вой вынудил Хьюго крепче сжать рукоять кнута, снимая его с крепления на ремне. Рунические символы вспыхнули под его пальцами, активируя заклинание.
Крупное существо появилось из вязкой серой пелены, снова взвыло, а затем оскалило безобразную морду. Покрытая шипами спина угдая изгибалась, он молотил тонким хвостом по крыше одной из хижин, заставляя солому взлетать в воздух.
— Кто их призвал? — прорычал Саргон.
Он моментально обратился и кинулся на ближайшую тварь. Хью нанес свой первый удар. Хвост кнута, сплетенный из сыромятной кожи и пропитанный водами серебряного источника, перебил хребет ближайшему угдаю. Попадая в его призрачное тело, серебро распылялось, высвобождая тысячи частичек и обращая существо в прах.
Белоснежные лапы льва разорвали очередное темное создание, но глаза Саргона зло сверкнули, стоило ректору оглядеть окрестности, поднимаясь над деревней на огромных крыльях. Порождения тьмы все прибывали. Казалось, что на место одного убитого ими угдая вставало трое. Бой продолжался еще некоторое время, пока товарищи не убедились в этом предположении.