Арис взяла малыша и почувствовали в сердце огромную нежность: это была кровинка Мадрука, мужчины, которого она любит. В этом ребенке была его сила, его мудрость, его наследие и его надежды. И разве ее надежды что-то значат по сравнению с этой новой жизнью? Разве ее счастье, ее любовь важнее, чем спокойствие и счастье этого крохотного человечка, доверчиво ей улыбающегося и играющего с ее волосами?
Правитель
Мадрук наблюдал, как Арис играет с малышом, и думал о том, что он чувствует себя спокойно и комфортно с двумя женщинами и со своим сыном. Ему нравилось, что Тайра суетится вокруг него и старается ему угодить. Ему нравилось наблюдать за Арис и чувствовать малейшие перепады ее настроения. Он заметил, что она немного нервничала, когда вошла в зал, но справилась с волнением, взяв ребенка на руки. На какое-то мгновение он представил Арис с их дочерью на руках, и странное сожаление, что это не случилось, удивило его. Он подошел к Арис и обнял ее и сынишку, оставив вторую руку открытой для Тайры, приглашая ее взглядом присоединиться. Может, ему удастся убедить Арис стать его любовницей и жить во дворце? Он взглянул на Тайру, прижавшуюся к нему. Может, она и не будет против? Он предвкушал ночь любви с Арис, и это заставляло его тело реагировать. Стоило ему почувствовать, что Арис где-то рядом, как его плоть тут же вставала. Услышав слова жены, он решил, что Тайра заметила это, но приняла.
— Мечта многих мужчин — иметь сразу двух женщин! Сможешь ли удержать? — прижимаясь ближе, промурлыкала Тайра.
— Конечно, у меня же две руки, да вы и сами не захотите уходить!
— Иногда мужчины очень самонадеянны! — заметила Арис, выворачиваясь из его объятий и отдавая малыша Тайре. — Руки-то две, а сердце — одно. И важно не кого ты держишь в объятиях, а кого ты хранишь в своем сердце!
— На голодный желудок философские беседы я вести не способен, — ушел от ответа Мадрук, направляясь к накрытому столу. — Предлагаю пообедать, а потом уже все обсудить!
Странно, но Арис действительно успокоилась и чувствовала себя вполне комфортно, обедая с Тайрой, Мадруком и их сыном и наблюдая за их повседневным общением. Видимо, защита действовала, даже если Тайра и пыталась что-то делать, это больше не задевало Арис. Но в то же время она недоумевала: зачем Мадрук и Тайра пригласили ее на этот обед? Чтобы показать, что ее любовь — иллюзия, а это — реальность, в которой ей нет места? И самый главный вопрос: готова ли она смириться с этим и принять то, что она может остаться лишь звездой, иногда озаряющей своим светом серую упорядоченную монотонность их будней? И сможет ли она принять, что Мадрук не готов, да и не хочет ничего менять? Может, даже и не думает о том, чтобы что-то менять.