- Твою мать! - закричал по-русски Иволгин - Мы это сделали! Парни, это было круто!
- Круто - поддакнул Фишер - я чуть в штаны не наделал во время последнего броска, думал, что сейчас движок взорвется, к едрени фени. Карт, ты везунчик, сукин сын, но больше я с тобой не поеду.
- Так, успокоились! - вмешался в перепалку Робинсон - Дело сделано, можно получать лайки. Карт, выруливай вон к тому домику, нам надо там получить подарки от не очень добрых фей.
Командир хищно осклабился, а Алекс своим "фирменным" винтом свалился к стоящей рядом с домиком для персонала маленькой посадочной площадке, вызвав попутно поток ругательств экипажа. Робинсон оглянулся назад и оглушительно захохотал, у него было хорошее настроение. Обезображенное косым шрамом лицо вдруг на мгновение стало приятным и приветливым. Он первым вышел из скутера и двинулся по дорожке, навстречу им показались люди. Серая мгла приполярной "белой ночи" начала чуть проясняться под напором необычного белого света, над скалами вставало солнце.
- Берг! - крикнул шедший впереди седоусый сержант - Я смотрю, ты нашел классного водилу на этот чертов драндулет. Сколько ты отвалил тому ветерану, старый везучий пердун?
- Самвел, ты как всегда любезен, но не умен - Берг обернулся назад - а за рулем сегодня салага, восьмой месяц обучения.
На лице сержанта так ярко проявилось изумление, что все команда Робинсона неистово захохотала.
- Курсант Карт - вышел вперед и представился Алекс. В глазах Самвела кроме изумления он прочел и искреннее уважение.
- Берг - сержант залапал Робинсона - Ты всегда умел подбирать людей! Этот салага, небось, уже у тебя в экипаже? Я бы не упустил такую возможность, парень знает свое дело.
- Нет, Самвел. Мы скоро уходим, а паренек пусть еще поучится. У него свое будущее.
- Ну, тебе видней - сержант обернулся - Джейсон, тащи ящик. Проиграли, так проиграли, все было по-честному. А вам, парни, пожелаю и в дальнейшем такой удачи. Ведь прошли буквально в игольное ушко.
Через пару минут два капрала сверхсрочника принесли на площадку настоящий деревянный ящик, в нем что-то тихо позвякивало. Как позже выяснилось, это была запрещенная федеральным законом настоящая крепкая русская водка. Именно сорокаградусная, а не тот слабый напиток, продающийся в маркетах под этим древним названием.
Уже позже, в ангаре, компания села праздновать успех диверсии. Командованию с утра было доложено о блистательной победе над персоналом Полигона, и об их команде забыли до вечера. Алекс никогда не пил подобной водки, и эффект от принятия на грудь сего крепкого напитка произвел на него неизгладимое впечатление. А в напитках то он уж разбирался, друзья всегда считали Карта гурманом и сибаритом, и прожигателем жизни.