– Мне что, все приснилось? – вслух пробормотал Борис Годунов. – Царь со свитой здесь были или нет?
Он прикрыл створку, развернулся, быстро прошагал до лестницы, стал спускаться дальше – и тут наконец-то увидел одного из холопов, недавно взятого в дворню новгородского сироту:
– Зяблик, стой! Где наши гости?
– Дык, боярин… – опустил на пол скрученную кошму юный слуга. – Еще вчерась сорвались! Как весть о набеге татарском пришла, государь разом сбираться повелел. Сам же сразу в седло прыгнул и шасть за ворота… Сиречь, со свитой малой ускакал. Э-э-э… – Мальчишка спохватился и низко поклонился хозяину.
– Какой еще набег? – переспросил его стольник и тут же отмахнулся: откуда малому-то знать?
Борис Годунов опустился ниже, вышел на крыльцо, осмотрел с высоты просторный двор, с которого исчезли все возки, завалы из тележных колес, груды кулей и стопки бочек. Под навесами стало пусто без сотен лошадей, амбары стояли с распахнутыми дверьми. Поднявшаяся еще на рассвете дворня приводила хозяйство в порядок, сгребая к хлеву ошметки сена и выметая песок, собирая остатки навоза, ополаскивая тесовый настил.
– А царевич, стало быть, остался при мне, – пробормотал стольник. Поджал губы, опустил взгляд на свои босые ноги и покачал головой. – Если кто чего и знает, то токмо епископ Леонид… Но не бежать же к нему за новостями?
Не получив ни от государя, ни от дядюшки никаких приказов, стольник просто продолжил свою работу, – строя новый дворец, следя за отделкой царских покоев, жилых крыльев для свиты и поднимая свежие срубы для приказов, людских комнат и иных служб. Вдоль берега Волхова работники начали складывать заднюю стену крытой коновязи и сеновалов по краям.
На правителя всея Руси Борис Годунов трудился честно, однако же и себя тоже не забывал. Из казны, понятно, не крал – боже упаси от подобной дурости! Но вот знакомство с купцами стольник уже давно обратил себе на пользу, вкладываясь понемногу в разную торговлю… Хотя теперь уже – и помногу.
Огромный обоз с товаром Годунов встретил не один, а вместе с Федором Ивановичем, и на их глазах все бочки и тюки с товаром были сняты с возков и исчезли в бездонных трюмах двух ушкуев, под роспись доверенного приказчика. Царевич самолично вручил тому же корабельщику подписанную полным титулом грамоту с поручением закупиться заволжскими мехами на все вырученное серебро, и караван из пяти кораблей, отвалив от новгородских причалов, растворился в синеве бескрайнего Ильменя.
– Вот и все, Федор Иванович, – кивнул стольник. – Хорошо, коли к заморозкам возвернутся. Раньше ждать не стоит. Коли беды какой не случится, конечно. Торговое дело рисковое. Войны неурочные, разбойники, ураганы, камни подводные по рекам враз купца нищим оставить могут.