Мысль, пришедшая ему в голову, была настолько очевидной, насколько и чудовищной. Неужели он прав? Неужели Жмыхов замешан в афере Щурова? Гуров пытался осмыслить новую теорию. Пальцы, вот что не давало ему покоя. Их удалили намеренно. Пальцы — главная улика, способная привести следствие прямиком к преступнику или преступникам. И если это так, то новая теория не лишена смысла. Да что там! Она единственно возможная. Пока непонятно, каким образом связать все воедино, но теперь Лев был уверен: стоит надавить на Вовчика Боба — и ответ будет получен. А после этого кое-кому не поздоровится.
Он достал телефон. Номер капитана Жаворонкова нашелся сразу. Слушая длинные гудки, Лев в нетерпении барабанил пальцами по рулю. Наконец в трубке зазвучал голос капитана:
— Снова задание, товарищ полковник?
— Валера, слушай меня внимательно, — начал Гуров. — Мне нужно, чтобы ты достал списки всех, кто отбывал наказание в колонии Двубратского и был освобожден в определенный период.
— С какого года начинать, товарищ полковник? — деловито осведомился Жаворонков.
— Минимум шесть лет. Лучше с запасом.
— Сделаем.
— И еще кое-что. Меня интересуют все операции, связанные с деятельностью индивидуального предпринимателя Эдуарда Викторовича Щурова. Объемы продаж, точки сбыта, ассортимент. Не забудь сделать анализ: максимальные и минимальные прибыли. Нужны не официальные цифры, которые он представляет в налоговую инспекцию, а возможные прибыли от данного предприятия. Все, что он мог утаить.
— Понял, — невозмутимо произнес Жаворонков.
— Валера, постарайся сделать все как можно быстрее. Если нароешь что-то из ряда вон выходящее, сразу сообщи. Даже если тому не найдется доказательств, которые можно было бы передать в суд, — добавил Гуров.
— Все сделаю, товарищ полковник, — заверил Жаворонков.
— Спасибо, Валера! — поблагодарил Гуров.
— Удачи вам, товарищ полковник!
Закончив разговор с капитаном, Лев снова завел двигатель и помчался к Крымску на максимально допустимой скорости. От былой неуверенности не осталось и следа. Теперь он точно знал, что будет делать. «Жаль, что эта мысль не пришла мне в голову раньше. Не побеспокой я Щурова, было бы больше времени на подготовку, а так каждая минута на счету. Ну да ничего. Бог не выдаст — свинья не съест. Будем надеяться на то, что жадность, которая, судя по всему, в характере Щурова играет главенствующую роль, заставит его не торопиться. Мне бы еще сутки, доказательства подсобрать. Не станет Дмитренко слушать меня без доказательств. По-хорошему, все, что нам нужно, — это ворваться в дом Щурова и проверить тот любопытный подвальчик. Уверен, других доказательств не потребовалось бы. Но как убедить Дмитренко, что захват необходим? Существует определенная доля вероятности того, что я ошибаюсь, и Щуров чист перед законом. Да, дилемма».