Он потянул – и Джина упала вперед, ударившись головой об унитаз.
Теперь она заорала так, что слышно было даже сквозь кляп. Стив дернул за веревку, туже затягивая петлю, и крики прекратились. Джина билась, словно рыба, выброшенная на берег, а он отступал, шаг за шагом, затягивая петлю все туже. Из ссадины на ее голове текла кровь; капли крови выступили и там, где веревка вреза́лась в шею.
В зеркале Стив поймал свое отражение – и поразился: на лице отражалось физическое усилие; но с таким же выражением он мог бы, допустим, тащить тяжелый чемодан или двигать мебель. Ничто в его чертах не говорило о том, что он убивает женщину.
Тем временем глаза Джины выкатились из орбит, с шеи ручьем текла кровь; кожа вокруг веревки приобрела насыщенный красный цвет, приближаясь по оттенку к лицу. Женщина билась, суча связанными руками и ногами, в беззвучном крике тщетно пытаясь разинуть заклеенный рот…
А потом умерла.
Внезапно, как и Лаймен Фишер. Просто вдруг перестала сопротивляться и, обмякнув, перекатилась на бок. Голова ее со стуком упала на пол, между ног расплылась лужица мочи. Стив бросил веревку, подобрал пластиковый пакет, куда сложил пленки, и вернулся в гостиную. Интересно, спрашивал он себя, что подумает полиция? Что они заподозрят? Попытку изнасилования? Какую-то сексуальную игру? Вряд ли ограбление – ведь, кроме камер, ничего не пропадет. А что подумают о коллажах и диораме?
Так или иначе, ни в одном из мотивов и сценариев, какой они могут предположить, не будет места для Стива.
Все заняло меньше двадцати минут. Осторожно, не раздвигая занавесок, он выглянул в окно – улица была по-прежнему пуста, – вышел, захлопнув за собой дверь, направился прямо к машине. Сел за руль и тихо, чтобы не привлекать к себе внимания, поехал домой.
Добравшись до дома, Стив первым делом принялся уничтожать видеопленки. Разбивал кассеты, пленки методично резал ножницами и спускал в туалет. Смыл воду двадцать два раза, и заняло все это почти час. Обломки кассет, вместе с остатками бечевки и клейкой ленты, он сунул обратно в пакет и выкинул в мусорный бак возле соседнего дома. Вернувшись к себе, изрезал латексные перчатки и тоже спустил в унитаз.
Вот и всё.
Дело закончено.
По Ти-си-эм еще шел «Кабинетный гарнитур»: Стив включил телевизор, посмотрел немного, чтобы припомнить сюжет фильма и свои впечатления от него, затем позвонил Шерри. Небрежно, как бы между прочим, спросил, видела ли она этот фильм. Она ответила: нет. «Обязательно посмотри, – сказал он, – тебе понравится. Вот только что его по телевизору показывали, я прямо оторваться не мог». Они еще немного поговорили; наконец Шерри сказала, что завтра у нее в библиотеке дискуссионная группа, и ей надо подготовиться, а потом она примет душ и ляжет спать.