– Вы «очень, очень достойный разумный, который оказывает всей империи очень, очень большие услуги, и поэтому следует относиться к вам как можно более почтительно», представляете, Сарх?
К полудню следующего дня лес поредел, а потом и совсем закончился, и мы вышли в степь. Погода испортилась. Небо подернулось неприятной дымкой – не тучами, а прозрачной пеленой, от которой солнце покраснело. Но стало не холоднее, а наоборот, жарче. Ветер сменил направление – теперь он дул не с востока, от моря, а с юга, вдоль степи. В степи, в отличие от леса, весна еще не началась. Редко где просматривается свежая травка, но в основном – сухой, бурый ковыль, который неприятно крошится под копытами лошадей. Неприглядность и однообразие пейзажа быстро утомили, все с нетерпением ждали дневного привала.
Но на привал остановиться в этот день так и не пришлось. Первым неприятности почувствовал, как всегда, крысодлак. Я, правда, не сразу понял, что он и в самом деле волнуется. Дело в том, что я не выдержал и решил снять куртку: яркое солнце и жара – не тот климат, при котором в черной кожаной куртке может быть комфортно. И естественно, зверю не понравилось, что его лишают такого удобного места для сна. Он недовольно спрыгнул на землю, потоптался немного, потом насторожился, развернулся в сторону, откуда неслись порывы ветра, насторожил уши и стал принюхиваться. А потом подскочил, взобрался на мою лошадь и изо всех сил вцепился зубами ей в круп. Я такого, естественно, не ожидал (как и лошадь), и потому мне с трудом удалось удержаться в седле. И даже лошадь я через некоторое время успокоил.
– Да что с тобой такое, паршивец? – возмутился я. – Ну, хочешь, я обратно эту куртку надену!
– Подождите, Сарх. – Подъехала ко мне наша ведьма. – Что-то здесь не так.
Она взяла зверя на руки и пристально вгляделась ему в глаза. Остальные тоже сгрудились вокруг нас, с интересом поглядывая на девушку.
Леди Игульфрид недолго заставила нас ждать – она зябко передернула плечами и отпустила крысодлака.
– Дымом пахнет, – пожала плечами она на наши вопросительные взгляды. – Пожар где-то, вот он и волнуется.
– Пожар? – испуганно переспросил шеф. – Это плохо, это очень плохо. Нужно возвращаться.
– Что вы такое говорите, господин Огрунхай? – возмутился командир сопровождения. – Мы даже запаха не чувствуем, пожар очень далеко! Он до нас и не дойдет.
– Лейтенант, ты что, тупой? Ветер в нашу сторону! Трава сухая! Пока ветер не поменяется, огонь будет идти в нашу сторону. И дойдет, уж поверь. Бежать надо, только куда?
– Надо бежать на северо-восток. В сторону, противоположную той, откуда дует ветер. Тем более, это нам почти по дороге, – угрюмо проговорила леди Игульфрид, которая последние пару минут пялилась куда-то в вышину. – Я посмотрела глазами ястреба. Надо очень быстро отсюда убегать, и прямо сейчас, может, успеем. – И она пришпорила лошадь.