– Ну и что?
– Так я повторяю свой вопрос, – сказал Ринальдо. – Поют ли в столице песни, похожие на ту, которую ты исполнил предпоследней?
– Видимо, у карликов и ум короткий, – сказал менестрель.
– Иными словами, не поют.
– По крайней мере, с тех пор, как двоим уличным певцам вырвали языки, – сказал менестрель.
– А это все почему? Потому что вы, ребята, неудачно подбираете рифмы, – провозгласил Ринальдо. – «Низкорослый малый» и «герой усталый» – это еще пустяки по сравнению с «король со грудью впалой». За такое не языки рвать, за такое головы рубить надо.
– Мне очень интересно твое мнение по поводу стихосложения, но я тороплюсь, – сказал менестрель, поправляя на плече ремень от гитары.
– Кто понял жизнь, тот не спешит, – сказал Ринальдо. – Мы можем степенно прогуляться до замка Нарда, и ты получишь не только кров, но и горячий ужин. И, чем черт не шутит, может быть, какая-нибудь из смазливеньких служанок одарит тебя своим вниманием. И не только вниманием, если ты понимаешь, о чем я.
– Замок Нарда…- задумчиво произнес менестрель. – Я уверен, что слышал это название раньше, и совсем недавно, но не могу вспомнить, с чем оно связано.
– С твоей предпоследней песней, – ухмыльнулся Ринальдо. – Замок теперь принадлежит «герою усталому». И я уверен, что ему понравится твое пение. Он тебе даже заплатит.
Менестрель явно чувствовал себя не в своей тарелке. На его лице застыло испуганное выражение. Стараясь избегать взглядом Ланса, и наткнувшись Плачущего, с мрачным видом вертящего в руках пустой бокал, менестрель решил, что узор на потолке заслуживает более пристального внимания, так что он заканчивал свою песню, картинно задрав голову.
Баллада была длинной, а менестрелю хотелось закончить ее поскорее и последние три куплета он пропел почти скороговоркой.
– Потрясающе, – вынес свой вердикт Ланс.
– Я знал, что тебе понравится, – хмыкнул Ринальдо. – На меня эта песня произвела такое впечатление, что я аж протрезвел.
И, стараясь исправить это досадное упущение, карлик налил себе еще вина.
– Не понимаю, чему вы удивляетесь, – сказал Плачущий. – Король, в самом начале своего правления развязавший междоусобную войну, не будет пользоваться большой популярностью у простого народа, потому и появляются такие песни. Если бы сэр Ланселот не дал им повода позубоскалить, практически в одиночку выиграв эту войну, они нашли бы другой повод, только и всего.
– Это очень ценное наблюдение, Плакса, – сказал Ринальдо. – Но так уж случилось, что в этой песне фигурирует сам Ланселот. Ну, и я вдобавок.
– Может быть, тебе не стоит называть меня так при посторонних? – буркнул Плачущий, бросая взгляд в сторону менестреля, который после окончания песни стоял с совершенно потерянным видом. Потолок уже получил свою долю внимания, и теперь менестрель тщательно рассматривал пол.