– Тебя послушать, так тебе больше сотни лет.
– В разных мирах время течет по-разному, так что я этому не удивлюсь.
– Расскажешь мне о других мирах?
– Почему бы и нет? Во время плавания у нас будет много свободного времени.
– Но я сойду раньше.
– Я с вами, – заявил вернувшийся в залу Ринальдо. – То есть, не поймите меня неправильно, мое желание высадиться в Рияде равно моему желанию сойти на берег в любом другом месте с компании с Плаксой, но я чувствую, что небольшое морское путешествие пойдет на пользу моему здоровью.
– Не думаю, что тебе что-то угрожает, – сказал Плачущий.
– Конечно, – радостно согласился Ринальдо. – Особенно после прозвучавшего в песне намека, что ты предпочел мое общество обществу короля.
– Это всего лишь песня.
– Она показывает настроение народа, – сказал Ринальдо. – Менестрели поют о том, что люди хотят слышать. Иначе им никто не заплатит.
– Выходит, народ за тебя, – заметил Плачущий.
– А что толку, если король против? Народ придет на площадь, чтобы разрушить эшафот и отбить меня у палача?
– Ты преувеличиваешь свою ценность как для народа, так и для короля.
– Я разговаривал с этим менестрелем по дороге сюда, – сказал Ринальдо. – В столице неспокойно. Люди не любили Алого Ястреба, но и молодой король им тоже не нравится. На фоне этого фигура Ланселота приобретает чуть ли не мистический ореол. Люди считают, что после расправы с первым министром тебе следовало убить и короля, и лишь какая-то случайность тебе помешала. Ну, и король отослал тебя подальше. В этих речах нет правды, но они больно бьют по королевскому тщеславию.
– Если король слышит такие речи.
– О, я уверен, что ему докладывают, – сказал Ринальдо. – Пожалуй, я ошибся, когда предрекал угрозу только со стороны друзей Алого Ястреба. Открыто король против тебя не выступит, но…
– Не начинай только свою любимую песню про убийц, лезущих через стены под покровом ночи, – взмолился Ланс.
– Ты и сам все понимаешь, – сказал Ринальдо. – И, кстати, потеря твоего обоза теперь предстает в новом свете. Его ведь королевские гвардейцы сопровождали…
– Вряд ли информация о том, что я впал в немилость, достигла их ушей так быстро, – сказал Ланс.
– А что, если у них был тайный приказ? – поинтересовался Ринальдо. – Что, если Леонарда так оскорбил твой отказ присоединиться к его двору, что он решил расправиться с тобой еще до того, как пошли слухи? Что, если у гвардейцев было распоряжение выпроводить нас подальше от столицы, а потом заколоть спящими в какой-нибудь глухой провинции? И только твое нетерпение увидеть замок помешало этому плану?