— Чао! — сказал ей «Грегори Пек» и исчез.
Люсинда посмотрела на визитку, на ней было написано: «Малиновский Родион Яковлевич, генеральный директор ЧП МИН «Оборона». Что такое ЧП, Люсинда знала — частное предприятие, а вот что такое МИН, не знала. Скорее всего это простая аббревиатура чего-нибудь сложного. Например, «малое индивидуальное… направление». Или что-то еще. Люсинда не стала забивать себе голову расшифровкой, села в машину и поехала в офис.
О маршале Родионе Яковлевиче Малиновском она не слышала никогда. Визитку же эту не собиралась показывать никому, даже под страхом смертной казни. Взаимоотношения с «Грегори Пеком» — это ее личное дело, которое никого не касается.
Хампаш Хасанович находился у4Бейлиса, когда Люсинда появилась в кабинете. Раскрасневшаяся, с большими глазами, густо обведенными черной косметической краской, Люсинда походила на небольшой паровоз.
— Задание выполнено, Сергей Иосифович,’ — доложила она, пришлепнула к потному виску пухлую ладошку.
Бейлис не выдержал, покосился на затянутое толстыми бронированными пластинками жалюзи окно, эти пластинки даже гранатомет не смог одолеть на испытаниях, подергал нервно уголком рта: этот дурак начальник службы безопасности, ныне покойный, прикладывал руку к «пустой» голове, теперь то же самое делает Люсинда… Они что, сговорились? Покойник и живая баба… Впрочем, Люсинда покойника терпеть не могла.
— Замена произведена, — сказала Люсинда и протянула шефу фирменный конвертик, в который были ссыпаны чипы, — конвертик она предусмотрительно брала с собой.
— Если быть точнее, то не замена старых чипов, а приобретение новых. — Бейлис высыпал чипы себе на ладонь, полюбовался картонной горкой. Подцепил чип, который по тону отличался от других, — когда же он успел выгореть на солнце?
Хампаш Хасанович приподнялся в кресле.
— Такой же новенький, как и остальные, — сказал он. — Только в пластмассу, когда плавили, малость молока добавили.
Бейлис засмеялся:
— Хорошее сочетание: молоко и пластмасса.
— А куда вы старые чипы деваете? — спросил Хампаш Хасанович, пальцами изобразил ножницы. — Режете на крупу?
— Зачем? Лежат здесь. — Бейлис хлопнул ладонью по столу. — Проходит время, спецслужбы о них забывают, и я снова какое-то время пользуюсь ими. Очень удобно.
— Чипы — дорогая вещь.
— Мне денег не жалко. — Бейлис вывалил перед собой несколько телефонов, поменял в них чипы.
Хампаш Хасанович заметил, что в один из аппаратов Бейлис вставил и осветленную, словно бы выгоревшую пластинку, — это был аппарат угольно-черного, с золотым крапом, цвета.