Хотя ведь Китарлис в первый же вечер заявил о том, что человеком его внучка никогда не была…
Шазаль вздохнула, трогая лошадь с места. Очередное открытие, более поразительное, чем предыдущие, тяжело ворочалось в душе, не находя себе места. Впрочем, в последнее время она только и слышала о том, что «обязательно привыкнет». Неужели и к ЭТОМУ можно привыкнуть?
Тем временем местность вокруг них изменилась. Под копытами лошадей шуршала сочная, высокая трава, впереди виднелся густой лес, над которым парили птицы. В отдалении, на горизонте, появился и быстро пропал замок.
Брат с сестрой уносились все дальше и дальше на северо–запад, преодолевая за считанные часы такие расстояния, на которые простому путнику понадобились бы дни.
К вечеру Юан и Шазаль оказались среди озер, окруженных маленькими рощицами. Никакого человеческого жилья поблизости видно не было. Шазаль показалось, что так захотел Юан. Или попросту выбрал маршрут, пролегающий вдали от сел и городов.
Придержав свою лошадь, юноша обратился к спутнице:
— Ночевать будем?
— Да, конечно. К тому же я проголодалась, — призналась она.
Юан кивнул, остановил лошадь, спрыгнул на землю и, беспечно бросив поводья, прошелся по небольшой полянке на берегу озерца.
— Неплохое местечко, — небрежно заметил он, явно стараясь выглядеть бывалым путешественником. — Только удобств маловато.
Шазаль спрыгнула на траву и только в этот момент поняла, что ее подташнивает, ноги не слушаются, а спину ломит.
Юан бросил на сестру быстрый взгляд:
— Что случилось?
— Нехорошо мне как–то… С непривычки, наверное. Ничего, скоро пройдет.
Юан покачал головой:
— Ну, ты даешь! А просто сказать себе: «Мне хорошо» — тебе в голову не пришло?
Шазаль откровенно вытаращила глаза:
— Можно и это пожелать?
Юноша кивнул и, сочтя тему исчерпанной, повернулся к Шаваль спиной. Девушка не преминула воспользоваться советом. Она закрыла глаза и подумала: «Мне хорошо».
Когда Шазаль подняла веки, многое изменилось. Во–первых, пропали тошнота и боли в спине. Во–вторых, маленькая, круглая полянка разительно изменилась. Юан (а кто же еще?) пожелал большой костер с вертелом, который был унизан аккуратными кусками мяса и самопроизвольно поворачивался. Кроме того, рядом стоял маленький столик со всевозможной снедью и два удобных кресла.
— Прошу к столу! — поклонился Юан.
Шазаль приблизилась. Она отдавала себе отчет в том, что воочию видит то, о чем недавно говорил ее брат. Юан пожелал все это, и оно появилось! На полянке, где ничего, кроме травы, не было!
— Я никогда не привыкну и не научусь, — проговорила девушка себе под нос, нерешительно усаживаясь в кресло.