Марко нагло садится в кресло Франка и презрительно смотрит на меня.
— Парень, не прошедший Похищение. Такой загадочный… Как стыдно, все так далеко зашло, ты пошел против Франка, — он щелкает языком. — Я надеюсь, Франк творчески подойдет к делу. Столько волнующих возможностей…
Он останавливается, как будто ждет, что я что-нибудь предложу для своей смертной казни.
— Мы могли бы отвезти твою подружку к Стене и подождать, пока она сгорит, — коварная улыбка. — Но это слишком быстро, она не успеет помучиться. Думаю, стоит заточить ее в камере и оставить там гнить, пока не состарится.
Перед глазами у меня появляется Бозо: стучащие пальцы, сумасшедший взгляд, вечная ухмылка. Эмма не может провести остаток своей жизни в камере. Это сломает ее. Я поднимаюсь, несмотря на кандалы, и металл вновь врезается в кожу.
Потом распахивается дверь, но входит и кивает Марко не Франк, а старый боец Ордена. Они стоят под семейной картиной на стене Франка и разговаривают друг с другом. Я не понимаю ни слова. Наконец Марко теряет терпение.
— Ну, ладно. Что мы решаем? Что сказал Франк? — бросает он.
Резким движением головы боец Ордена указывает на меня.
— Привести в исполнение, — объясняет он.
Прямо передо мной по другую сторону окна появляется черный ворон. Я вспоминаю ворона над полем в Клейсуте, которого я не смог застрелить. И ворона на Стене, который призывал меня перебраться на другую сторону. Сейчас ворон садится на крышу и снова указывает мне путь. Не раздумывая, я просто откликаюсь на его зов.
Я вскакиваю со стула и хватаю связку ключей Марко. Раньше, чем охранники начинают что-либо понимать, проскальзываю между ними и оказываюсь на полпути к окну.
Позади меня кричит Марко.
— Застрелите его! Стреляйте!
Я уже возле окна, ставлю ногу на карниз, отталкиваюсь и перепрыгиваю через парапет. Позади оглушительная стрельба. Мое падение, кажется, длится вечность. Как будто я оказался под водой и пытаюсь выплыть на поверхность.
До крыши не так далеко, но от удара у меня болят колени. Я пытаюсь затормозить, но из-за связанных рук не могу остановить падение. Я царапаю щеку о черепицу крыши и чувствую на ней теплую кровь.
Я бегу, и по мне продолжают стрелять. Вокруг дождь из пуль. Не знаю, куда бежать, но не останавливаюсь. Передо мной летит ворон, и я бегу за его черным силуэтом, пока не оказываюсь под защитой широкой дымовой трубы.
Пытаюсь восстановить дыхание. В ушах все еще звенит, на теле полно царапин. Плечом вытираю кровь на щеке, и какое-то время неловко сражаюсь с наручниками. Наконец, нахожу подходящий ключ и освобождаю руки.