Мужик со щетиной и морщинистым лицом вышел из подъезда и зачиркал зажигалкой. Турка рванул к пищащей двери и успел проскользнуть внутрь. Он поднимался, лихорадочно вспоминая этаж, номер квартиры и внезапно растерялся.
Невозможно вспомнить то, чего не знаешь. С чего он взял, что уже был здесь? Наваждение прямо-таки.
Турка присел на подоконник, не доходя до четвертого этажа. Даже сюда снизу тянуло мочой, а из квартир смердело чем-то вроде протухшего борща. Банка «Нескафе» с окурками воняла тут же, на подоконнике. Сквозь щели в окне прорывался сквозняк, но и он положения не спасал.
Хлопнула дверь, послышался топот сбегающих ног.
– Артур? Ты, что ли? – Турка вздрогнул и обернулся. Воскобойникова?
– Привет, Алин… А я даже и не знал, что ты тут живешь, – Турка потер затылок. Бинтовать голову уже не требовалось, но без пластыря было не обойтись. Пришлось выбрить волосы вокруг раны, чтоб было не так больно отрывать ленту. Отвратно, но пока только так. Благо кепкой скрыть можно это безобразие.
– Ага. Вот так учишься с людьми девять лет и ничего про них не знаешь, – улыбнулась она в ответ. – Ты чего тут забыл?
– Ты с Марией Владимировной в одном подъезде живешь, получается?
– Угу. Так ты к ней, что ли?
– Я? Нет, вообще-то нет. Хотя, может, и да, – смутился Турка. – Ты сама-то куда идешь?
– В магазин. В школе-то сегодня что было! Вол снова с географом сцепился, опять они подрались. Еще математику чуть не сорвали. Дина Алексеевна опять разошлась со своим ГИА, а Кондратьева засмеялась, что-то ей в голову взбрело. Ну и в итоге начали они пререкаться, слово за слово. Ты же Лизку знаешь. Никогда первая не заткнется!
Турка смотрел на Алину, сравнивал ее с Коновой. Конечно, как говорит Вовка, «вдуть можно». Но особых чувств Воскобойникова не вызывает. Грудь приличная, попка упругая такая, джинсы оттягивает, и еще родинка над верхней губой, маленькая.
– Она на одном этаже с тобой живет? – кашлянул Турка, отгоняя похотливые картинки.
– Нет, на пятом. Да зачем она тебе?
«Надо же, совпадение опять. И эта на пятом живет. Так, может, Валек тогда приезжал к Алине на колымаге своей?»
– Поговорить.
– Она опять, что ли, за старое взялась? – усмехнулась Воскобойникова. – Ладно, я в магаз.
– В смысле – «за старое»?
– А ты не в курсе? – Алина глянула по сторонам, сделала шажок к Турке и понизила голос до свистящего шепота: – Мария Владимировна мутила с учеником!
– Что?! Бред-то не неси, Алин!
– Я тебе отвечаю! – девушка округлила глаза. Блестящие серые пуговицы, обрамленные густо подмазанными ресницами с комочками туши. – И сейчас вот… Сейчас с одним встречается, – Воскобойникова покраснела, голос у нее задрожал. – Да об этом уже вся школа судачит!