Обычно мне некогда было об этом задумываться, но всё-таки я скучала по дому. И сейчас, в эту минуту – нет, не по Сашке: по тем вещам, которые там были неотъемлемой частью моего быта. Играм, музыке, родному ноуту, любимой игровой мышке, Дэвиду, моему детищу и моей гордости…
Мне сильно не хватало всего этого. Особенно в такие часы молчаливого досуга, когда успели поднадоесть и скаук, и шахматы, и магические трактаты, от которых мне всё равно не было никакого толку. И почему прореха не открывала проход в какой-нибудь мир высоких технологий? Вроде тех, что описывали в научной фантастике. Там было бы всё, что я люблю, и куда больше возможностей для того, чтобы применить мои способности. Даже без всяких преобразований по пути.
Но в который раз придётся работать с тем, что есть.
Прохладная тишина давила на уши, насмехаясь над моим одиночеством.
Может, существует способ отбить у Сусликовой хотя бы ту часть её сил, которая предназначалась мне? Сколько проблем разом решилось бы. Да и опробовать на практике те заклятия, которые я изучила в теории, отчаянно хотелось. Это ведь должно быть фантастическим чувством, творить магию… Но нет, нечего предаваться глупым мечтаниям. Если б это было возможно, Лод бы уже попытался этого добиться. И они с Альей правы: я прекрасно могу обойтись без магии.
А посвящать свой досуг унынию, рефлексии и ностальгии уж точно нерационально.
Когда Бульдог, так и не дождавшись от меня какой-либо реакции, разочарованно побрёл к двери в библиотеку, которую Лод неосмотрительно оставил открытой, я посмотрела на стол. Задержалась взглядом на стопке чистых пергаментов и моей шариковой ручке, лежавшей рядом.
Потянулась за ними.
Безделье, как и скука, – удел дураков. Мне всегда будет чем заняться. Даже здесь. Даже если я никогда не вернусь домой.
И сейчас, пожалуй, самое время сделать то, о чём я давно уже думала.
Я сидела, покусывая кончик ручки, безжалостно исчеркав уже половину пергамента, когда какое-то движение в дальнем конце комнаты привлекло моё внимание.
Зрелище принца Фаника, застывшего в лестничном проёме, застало меня врасплох.
– Здравствуй, – негромко произнёс он. – Смотрю, я помешал?
Ошейник с него сняли ещё утром, заменив таким же кольцом, какое украшало мой палец. И сделали это не только для переговоров с Фрайндином. Просто Лод не без оснований рассудил, что даже без ошейника Фаник вряд ли будет творить глупости, – в отличие от остальных светлых, в здравомыслии которых колдун пока сомневался.
– Нет, – взяв себя в руки, я поднялась с кресла. – Приветствую, принц. Если вы к Лодбергу, то он отошёл.