Вошел дядя Альберт. Судя по его лицу, он мучительно страдал от похмелья и немного – от донимавшей его мысли.
– Пино, ты нужен с твоим английским, – сказал он. – Они хотят, чтобы ты поехал в отель «Диана» и поговорил с человеком по фамилии Кнебель.
– Кто такой Кнебель?
– Американец. Это все, что мне известно.
Еще один американец? Второй за два дня!
– Ну хорошо, – сказал Пино, с тоской поглядывая на бекон, яичницу и кофе. – Что, прямо сейчас?
– Когда поешь, – ответил отец.
Пилот Марио приготовил Пино яичницу с беконом, и тот мигом съел ее и запил двойным эспрессо. Пино забыл, когда в последний раз так роскошно завтракал, но вдруг вспомнил – в «Каса Альпина». Он подумал об отце Ре: как они там поживают с братом Бормио? Как только ему представится малейшая возможность, он отвезет Анну в Мотту и познакомит со священником, которого и попросит их обвенчать.
Эта мысль наполнила его счастьем, придала уверенности, какой он не чувствовал прежде. Видимо, это отразилось на его лице, потому что, когда Пино мыл посуду, к нему подошел дядя Альберт и шепнул на ухо:
– Ты улыбаешься, как идиот, и смотришь в никуда, а это значит, что ты влюблен.
– Может быть, – рассмеялся Пино.
– В ту самую молодую даму, которая помогла тебе с рацией?
– Ее зовут Анна. Ей нравятся ваши изделия.
– Отец знает? А мать?
– Они незнакомы. Но уже скоро.
Дядя Альберт похлопал Пино по спине:
– Быть молодым и влюбленным. Не удивительно ли, что такие вещи случаются в самый разгар войны? Это свидетельствует о том, что жизни изначально присуща доброта, несмотря на все зло, которое мы видели.
Пино восхищался своим дядюшкой. У него была светлая голова.
– Ну, я пошел, – сказал Пино, вытерев руки. – Знакомиться с синьором Кнебелем.
6
Пино вышел из дома и направился в отель «Диана» на Виале Пиаве, неподалеку от телефонной станции и Пьяццале Лорето. Он прошел два квартала, когда увидел мертвое тело – человек лежал лицом вниз в водостоке, с раной в голове. Потом он увидел второе и третье тела в пяти кварталах от их дома – мужчина и женщина в ночных одеждах, их словно вытащили из кровати. Чем дальше он шел, тем больше тел видел – почти все убиты выстрелом в голову, почти все лежали лицом вниз в водостоке под лучами солнца, которое пекло все нещаднее.
Пино был в ужасе, его тошнило. Когда он дошел до отеля «Диана», у него за спиной осталось семьдесят трупов, разлагающихся на солнце. На севере продолжалась беспорядочная стрельба. Кто-то сказал, что партизаны окружили большой отряд чернорубашечников, которые пытались вырваться из Милана. Фашисты сражались до последнего патрона.